(история из жизни )
Эта почти мистическая история произошла с одним из моих близких родственников.
В той семье, о которой я рассказываю, было шесть детей - обычная семья, жившая в предгорьях Южного Дагестана.
Утром хозяйка дома Тамара решила навестить свою мать, жившую в том же селе. С собой она взяла своего трехлетнего сына Мурада.
Бабушка всегда радовалась приходу своих внуков. Она и сейчас радушно встретила свою дочь с внуком. Совместно пообедав, и вдоволь наговорившись, бабушка предложила своей дочери посетить пир - так у лезгинов называются усыпальницы или склепы святых великомучеников. В этом пире был похоронен святой шейх Ибрагим. Он жил в первой половине шестнадцатого века, и являлся прямым предком по линии матери.
Мать и дочь хотели пойти помолиться, и попросить исполнить их заветные желания, которые были у каждой в сердце.
При входе в пир, каждый приходящий клал несколько монет. Помолившись, уходя забирал их. Считалось, приношения принимались - главное оказать внимание усопшим.
В пире было две земляных насыпи, в которых покоились шейх Ибрагим и его ученик. В те далёкие времена, жившие здесь люди были язычниками по вере. Ислам только зарождался. Шейх прибыл из Сирии, из Карска. И теперь здесь в Южном Дагестане он как миссионер прививал здесь ислам.
Язычники приняли его в штыки. И когда шейх Ибрагим и его ученик совершали обеденный намаз, язычники закололи их кинжалами.
Напротив, уверовавшие в ислам горцы с почестями похоронили сирийского миссионера. Ведь пока он жил рядом с ними, он стал для них своим, был прост и неприхотлив в жизни.
Горцы поговаривали, что когда шейх засыпал в своей постели, его душа могла астрально путешествовать по малодоступным местам в горах.
Были люди, который утверждали, что шейх их спас их от падения в ущелье, или остановил на краю пропасти, вовремя незримо удержав за руку.
И действительно,если кто проходил мимо глинобитной хижины шейха то находили в его чарыках остатки тающего снега. Здесь очень жарко, а снег и ледники были лишь высоко в горах.
И вот, мать и дочь захотели пойти к пиру, и попросить всех благ для своих домочадцев.
Пир находился в центре села, будто схоронившись в тени раскидистых деревьев.
Женщины приоткрыли приземистую деревянную дверь, им в лицо дохнуло прохладой.
Тамара опустила своего сына на глинобитный пол, и мать с дочерью, положив монетки у порога в изножии насыпи, принялись молиться.
Ребенок изучал полутемное помещение. В углу на ковре лежали стопки старинных книг, в основном это был Коран, а также другие книги религиозного содержания.
Мурад подошёл к насыпям, - ребенок был довольно смышленным и любознательным.
- А здесь дяденьки лежат, правда же? - спросил он у матери.
- Да сынок, это хорошие люди.
- Их два, правда же? - не унимался малыш.
- Да сынок, здесь лежат учитель и его ученик.
- Один молодой, другой старый, да же?
- Верно внучек, - удивлённо сказала бабушка, - но нам уже пора уходить.
Женщины забрали свои монетки, Тамара взяла сына на руки. Открыв дверь, и не поворачиваясь спиной, они осторожно вышли из пира.
Незаметно пролетали дни. Старшие дочери уже были не в семье, а в интернате для девочек горянок. Это было престижное по тем временам учреждение, помогающее многодетным семьям содержать и воспитывать их дочерей.
Старший брат в семье был трудолюбив, а младший, чего греха таить, был несколько избалован вниманием родителей.
В восемнадцать лет и Мурада забрали в армию.
Родители и сестры переживали за него. Ему хотелось, чтобы также как и дома его окружали заботливые и справедливые люди, ведь он так привык... Но здесь армия, дисциплина, здесь разные люди...
И потому Мурада часто переводили из одной части в другую,- слишком много доставлял ненужных хлопот.
В Феодосии, где проходил службу Мурад, произошел жуткий инцидент. Один из караульных перестрелял из автомата своих товарищей, и с оружием в руках пустился в бега.
В тот день и Мурад должен был идти в караул, но вместо него пошел его друг...
Дело в том,что накануне парню приснился сон, где Шейх Ибрагим говорил ему, что Мураду из дома прислали деньги.
Вот Мурад и отпросился в медпункте на один день от службы, сославшись на головные боли.
Утром на почте он действительно получил денежный перевод от родителей!
И случилось такое... Тут явно не обошлось без помощи святого шейха, который незримо распростер свою десницу над своим далёким потомком, хотя прошло уже более семи веков..
Наконец пришло время,и Мурад вернулся из армии. Родители были рады , что он вернулся живым и здоровым.
Как- то все домочадцы сидели за столом и ели горский хинкал. Разговор зашёл о шейхе Ибрагиме.
- А я помню, - сказал Мурад, бабушка с мамой водили меня к нему. Шейха и его ученика я хорошо помню, они почти наполовину видны были из насыпей.
- Как ты мог их видеть! - удивился отец.
Они внутри насыпей, а сверху прикрыты серыми покрывалами.
- Но я видел их!- удивился Мурад. Они не выглядели мертвыми, не было запаха, не было тлена на лицах. Будто спали. На головах у них были тюрбаны. У старика борода была побольше, а у молодого были усики и бородка. У ученика рубашка была розового цвета. Честно говорю....
Все были поражены. Да... ребенок - чистое безгрешное существо...
Вот сверху и было позволено поднять завесу прошлого, и дать ребенку увидеть через столько веков своего далёкого предка...
Парень был взволнован. Ему вновь захотелось увидеть это чудо, вернуться в эпизод своего детства.
Сгущались сумерки, до полной темноты оставалось около получаса. Мурад уже приближался к пиру.
Он приложил руку к стене, она была приятно теплой - нагрелась за день. Из - за застрехи крыши испуганно вскинулась ночная птица, потревоженная непрошеным гостем.
Но прикоснувшись к стене, парня осенило: он не увидит вновь это чудо. Портал в прошлое уже никогда не откроется. Он Мурад уже не тот, каким был в детстве. Все ненужное, мирское успело прирасти к нему, и он не увидит своего предка.
Мурад тяжело вздохнул, и нехотя отойдя от двери пира, направился обратно в сторону села...
.