В самом сердце Вены, на берегу Дуная раскинулся старинный парк развлечений Пратер. Здесь находится первое в Европе колесо обозрения, а также множество аттракционов, ажурных беседок и аллей. Ежегодно Пратер принимает миллионы туристов. Однако мало кто знает имя создателя парка. А зовут его зовут Николай Кобельков. Русский паренек из уральского городка Троицк Оренбургской губернии. Инвалид, родившийся без рук и ног.
Николай появился на свет летней ночью с 21 на 22 июля 1851 года. Это был желанный, семнадцатый ребёнок в семье. Родившая сына счастливая мать устало откинулась на подушки, но вдруг акушерка страшно закричала: у неё на руках копошилось гладкое тельце мальчика. Ни рук, ни ног у тельца не было.
Даже в наш век рождение инвалида, это трагедия для родителей, что же говорить о середине XIX века, где подобный ребенок считался карой Господней, возмездием за страшные грехи? Сколько же осуждений, клеветы, недоброжелательств и сплетен пришлось вынести чете Кобельковых, рискнувших оставить мальчика в семье?!
Лишь одним талантом был одарен Коля – как компенсацией за отсутствие рук и ног – талантом улыбаться. Он рос веселым, солнечным ребенком, шутил, смеялся, рассказывал анекдоты. Его обожали, наряжали в лучшие костюмчики, брали на рыбалку, катали на тройке, а раз в год – всей семьей – ездили на ярмарку.
Ах, до чего же чудесны были эти Оренбургские ярмарки XIX века!
Городская площадь окольцована разноцветными балаганами. Стены обтянуты шпалерами, пол устлан ельником. А в середине танцуют скоморохи, играют музыканты, пищит носатый Петрушка; дрессированный мишка бряцает на балалайке и залпом выпивает косушку водки, водят хоровод лилипуты в юбочках – каких только чудес, каких уродцев здесь не было!
И завороженный представлением Коля понял главное: он уникален! Вместо рук и ног у него крошечная ласта-культяпка, а что, если научится ею писать, рисовать, стрелять, управлять лошадью, фехтовать? Сколько же денег можно заработать…как прославится!
Вдохновленный придумкой, Коля уже на следующий день берется за исполнение своего плана с тем пылом и страстью, которые так нравятся судьбе. По тринадцать-четырнадцать часов он учится писать, зажимая гусиное перо щекой. Учится вдевать нитку в иголку, держать крошечной культяпкой бокал шаманского, учится самостоятельно есть, перепрыгивать со стула на стул, учится…фехтовать.
Скольких трудов стоила ему эта наука? Сколько раз он отчаивался, опускал руки, может быть, плакал? Но наутро с железной энергией снова принимался за репетиции, доводя простые действия до аттракциона. Никто не помогал ему кроме его могучей воли, толкавшей его вперед подобно разгоряченному локомотиву. И спустя нескольких лет трудов, он решает продемонстрировать свои умения на старой Оренбургской ярмарке.
Он танцевал. Писал картину. Вдевал нитку в иголку. Прыгал со стула на стул. Стрелял из ружья. Фехтовал. Входил в клетку ко льву. Поднимал на плечах ассистента и передвигался с ним по сцене. А в конце открыл бутылку шампанского и выпил за здоровье публики.
Это был ошеломительный успех.
Его замечает известный театральный антерпренер Берг и приглашает в столичный театр, а оттуда – с гастролями по всей стране. Выступления Кобелькова потрясли Россию: словно разорвалась завеса и все с восторгом поняли – человеку подвластно невозможное.
А еще через несколько лет ему рукоплещет вся Европа. Красивые девушки бросают на манеж букеты цветов с записочками самого нежного содержания. Лучшие ювелиры борются за честь изготовить для него часы или кольцо. Его наперебой приглашают в знатные дома Вены, Парижа, Праги, и наконец – король Саксонии Альберт I, желает с ним познакомится. И судьба, ставшая к нему благосклонной, дарит ему поистине царский подарок – в королевском замке он встречает фрейлину Анну-Шарлоту Вильфорт. И влюбляется.
На всю жизнь.
На первое свидание Николай приехал на тройке, которой правил сам, обмотав вожжи вокруг головы и плеч. Он катал свою возлюбленную по центральным улицам Вены под овации восхищенных горожан – чем навсегда покорил её сердце. Однако родители Анны воспротивились браку с инвалидом. Тогда сватом Кобелькова выступил сам король Альберт I. Такому просителю родители отказать не могли.
Одиннадцать здоровых детей родила ему Анна. Большой и шумной кампанией семья переезжала из города в город, став настоящей цирковой труппой. Шло время. Дети росли. Романтика гастролей приедалась, Анна уставала, Николай старел и все чаще задумывался об инвестициях, позволивших семье оставить состояние детям и внукам. И мысли его вновь вернулись в детство – в ярмарку Оренбургской губернии.
Балаганы! Аттракцион!
Пратер!
И снова с железной энергией он приступает к выполнению плана: скупает земли, принадлежащие городскому парку, строит горку для катания на санях, разноцветные балаганы, качели и два аттракциона – «Парижский манекен» - и башня Тобоган – первый аналог американский горок. Бурная фантазия Николая требует постоянных затрат и гастрольный график семьи как никогда плотен – но, увы, денег катастрофически не хватает. Теперь семью окружают не ювелиры и придворные, а полчища кредиторов и ростовщиков. И снова ночи отчаяния, тоски, слез, может быть предчувствие близкого краха, но Николай и Анна верят в своё начинание – верят истово, как всегда. Ведь для того, чтобы чудо или принимаемое за чудо свершилось, необходим прежде всего человек, уверовавший в него. Проходит несколько мучительных лет и Пратер приносит колоссальный доход.
Цирковые артисты становятся богатейшими людьми в Европе.
Николай Кобельков – человек без рук и ног прожил ярчайшую жизнь, полную подвигов, открытий, приключений и любви. Но он так никогда и не узнал, что парк Пратер, созданный им для удовольствий и развлечений, стал местом встречи эмигрантов евреев, бежавших из фашистской Германии. На стене, отделяющей аттракционы от прогулочных аллей, отверженные люди писали послания: «Рахиль Кауфман переехала в Прагу. Писать до востребования», «Яков Штейн разыскивает отца», «Ицхак Берштейн! Сынок! Мы с папой уходим в Париж. Найди нас». Эта кирпичная стена плача, стала для беженцев местом свиданий и местом надежд.
В следующий раз, когда у вас будут опускаться руки, а жизнь покажется чередой невыносимых страданий, вспомните русского паренька с Урала, которому судьба уготовала стать обрубком, годным разве что просить милостыню, а он стал циркачом, близким другом короля, богатейшим бизнесменом, счастливым мужем и отцом одиннадцати детей!