Народ и власть.

Народ и власть.

Тот кто кричит власть народу,

Тому или иному чаду,

Награда, равенство и братство, 

Чтобы построить справедливое царство. 

Тот лжёт, причина тому, 

Лукавый в мысли патриот. 

Ведь изначально все! 

Перед Богом, равны

И предлогать равенство, 

Для изначально равных! 

Могут только не зрелые, 

Под властью страстей умы. 

Ибо народу и принадлежит власть. 

А тот, кто так кричит, 

Гонит к лукавому в пасть, 

Обещая народу материальные блага, 

Которые лежит там, 

У подножья ада. 

Ростет ненависть, при виде 

Материальных благ, лишения, 

И готовы все, пойти туда, 

Скажу я вам без сомнения 

И особого труда, 

Мысль о материальном, 

Счастье велика. 

Для несчастия ума, 

Понимания, что это пустота. 

Как за козлом, баранов стадо. 

На убой в гражданских войнах, 

Мировых, во имя ада, ведут они, 

Те самые лукавые злые мысли, 

О счастье на земле! 

Кричат они в конфорте искусства,

 От ненависти к миру. 

Это мировая революция, 

Мы во плоти материи, 

Вот она конституция!

Без суеверия, 

Построим на замле рай! 

Знай, смотрят на небо, 

И кричат, не мешай!

И вот они строят его, 

Для народа, лукавой мысли. 

Ослеплены мечтой, о райской, 

Пусть не вечной, 

Но всётаки жизни. 

После горести войн, 

И лишений, строят рай, 

В материальной жизни. 

Без сомнений, 

Зная о том, 

Что мир большой, 

И многогранный, 

Не каждому мила эта идея, 

Как коммунистическая затея. 

Знают они строители! 

Что это игра, 

Которую подкинули народу, 

Из вне, лукавые господа, 

Игра с капиталом,

И распределения,

Всех переработанных благ. 

В конце игры, будет выигрышь, 

Тот самый проигрышь, 

Пустота, подение. 

Но, они то верят в свои силы, 

Строят эти дикорации, 

Для лукавой мысли реанимации. 

Себя вооружая, знают, 

Что будет битва, 

И это очевидно. 

Все что они строят, 

В огне битвы в ядерной пыли, сгорит. 

И тут лукавая мысль говорит, 

Я тут, зачем воевать? 

Достаточно все разбить на части, 

И продать приумножив, 

Свое личное, временное, 

На фазенде, яхте, бизнес джете, 

Шкурное счастье, царство. 

А на всех остальных братьев, 

И сестер плевать, 

Лучше отсутствие, войны, 

Лучше разложение, 

И богатств приумнодение, 

Я же царь, лукавый гладит его мысли. 

Да, да, говорит "Царь". 

Одивая по путно на шею корону, 

И вешает эту материальную марионетку,

Подле себя, возле пятистала трона. 

Говорит вот такая у тебя теперь корона. 

И вот власть народная, 

Распалась на части, 

Без единой мысли, 

О не вечной шкурной жизни. 

Начали рвать на части то, 

Что строили, до этого. 

***

Так в мыслях народа, 

Лукавый поселился. 

Ибо неверили они в то, 

Что есть в духовном мире, он. 

С отсутствием материи, 

То что не зримо там, 

Но видно здесь в материи, 

Добро и зло, вечное противостояние. 

Вечная битва, где правда и обман, 

В вечном состизании, не спят. 

Развеенные об их отсутствии, 

Все их мысли суеверия, теперь. 

Народные массы жадно, 

Дркюуг на друга глядят, его глазами. 

Ну народ, какую откроем, страницу, 

В истории как дверь? 

Ведь теперь вы знаете, 

Что битва идет за веру, 

Из двух вариантов. 

Либо на востоке восход и полет. 

Либо подение и закат. 

В тот мир где вас ждет ад. 

***

Да на его ветринах, 

Всё так материально красиво, 

Домики и блага. 

Но вам не кто не ответит, 

Что в замен отдает, 

За это лукавое царстао. 

Где выбора то нет, 

Там из народных масс, 

Готовет тот упырь, себе обед

Как адский папуас. 

Ему плевать на этих марионеток, 

На ветрине, они его прислуга, 

Которые за материальные блага, 

Готовы плесать модно, петь. 

И во все тяжкие, разлогаться. 

Вашу жизнь в умах разлогать, 

Чтобы вкусно спать и есть. 

Там нет чести, там ложь

И обман, царит. 

Народная власть изначальна, 

Принадлежит только народу, 

А не разъерённому в страстях сброду, 

Если народ живёт правдой. 

Ну а если наоборот. 

Деление и бесконечная война, 

В материальной жизни, забвения. 

Где лукавый правит, как сатана. 

Через ваши страхи суеверия. 

Разрушает полет света мысли,

Вашу материю, об материю жизни.

На черепки и осколки,

Так как нет правды в вас,

А стало быть и толку.