Ох, где тут кнопка «стряхнуть пыль с канала»? Год. Год, Карл! Я не писала сюда ничегошеньки. Почему? Пропал запал, было лень, кончились темы. Наверное, какое-то такое оправдание нужно написать. Но у меня есть в запасе ещё одна причина. Когда я вела канал, это было у меня что-то вроде дневника, где я могла изливать душу. Мне просто необходимо было выговориться, вылить все душевные переживания. Я это благополучно сделала. И выдохлась. Полностью опустошилась. Как будто отходила курс к психологу. Стряхнула груз с плеч, стало легче жить.
А сейчас снова появилась жажда писательства. Ну, и необходимость выговориться тоже.
Закончила я историю из подборки «Дети будут!» на том, что мы снова обновляли документы для опеки.
Вы не поверите, но сейчас мы занимаемся тем же самым.
В прошлом году мы довели дело до конца. Прошли медицину, взяли справки с места работы о годовом доходе, клятву бумагу от начальника коммунальной службы об отсутствии долгов за квартиру, характеристики с места работы и прописки. И с папкой, которая по объёму была ничуть не меньше четырёхтомника Льва Толстого, приехали в отдел опеки и попечительства.
Конец июля. Среда. С понедельника инспектор, которая должна заняться проверкой наших документов и выдать нам заключение, уходит в отпуск. На месяц. А я не могу ждать ещё месяц. Целый месяц. Мне надо решить всё здесь и сейчас. К тому же, у нас с мужем совпали отпуска, и мы хотели проехать в другие города с заключением и встать там на учёт. У нас было два дня на прохождение оставшихся формальностей, а у инспектора – стол, заваленный бумагами. Судя по её взгляду и красноречивому вздоху, добавлять туда наш талмуд она не планировала. Но я тоже умею красноречиво вздыхать и смотреть, поэтому папка с документами из моих рук перекочевала на вершину бумажного Эвереста. Ещё инспектор должна была приехать на осмотр жилищных условий, но в связи с обстоятельствами, мы сошлись на том, что снимем румтур.
С нашей стороны все было сделано, мы с мужем дружно выдохнули и стали ждать заключения. Оно готовилось ещё 10 дней. С ним мы встали на учёт ещё в двух близлежащих городах. Организация везде разная, но представители опеки в один голос твердили, что очень сложно будет найти ребёнка, который подходит под наши критерии. Самая большая проблема – возраст до года.
В одних городах нам намекали, что Дома малютки у них нет, люди стоят в очередях по 5 лет, а потом их снимают с учёта, поэтому особо рассчитывать нам не на что. В других городах нам прямо рекомендовали не вставать у них на учёт, по этой же причине.
Да мы и сами понимали, что это нереально. Таких детей часто отдают в обход системы. Ведь у «сильных мира сего» тоже бывают проблемы с зачатием. Поэтому мы изменили возраст. Указали до трёх лет. И скрестили пальчики.
Странное было ощущение, когда заполняли бумаги о предпочтениях. Как бы цинично это не звучало, это было похоже на оформление кухни на заказ. «Сколько шкафчиков сделаем сверху?» «Будет открытое хранение или закроем фасадами?». Только здесь: «Группа здоровья?», «Цвет глаз?». Так как мы особо не афишируем усыновление, то конечно, хотим ребенка, приближённого внешне нам. Также, честно признались друг другу, что не готовы брать в семью тяжелобольного малыша.
Скажу сразу, я не рассчитывала на быстрое решение вопроса. В моём представлении это должно занять не меньше года. Хотя, все, кому про это рассказываю, удивляются. Ведь так много брошенных детей.
Примерно раз в месяц на почту стали приходить письма от Отдела опеки и попечительства. Первое письмо я открывала с трепетом, остальные уже с безразличием. В каждом письме было уведомление "Уведомляем вас об отсутствии сведений о детях, соответствующих вашим пожеланиям".
Обязательно продолжу историю. Рассказать есть о чём. А пока можно освежить в памяти начало истории ЭКО и приёмного родительства.
Буду благодарна, если кто-то расскажет о своём успешном пути. А, может, пока безуспешном. Давайте вместе бояться. ©