Фраза «Фуфлыжник хуже педераста» актуальна не только в местах не столь отдалённых: людей, которые не держат своё слово, не уважает ни один нормальный человек, ведь такие только и делают, что впустую тратят ваше время.
Игра в карты преступным элементом в России имеет давние корни: первые упоминания на запрет игры в карты встречаются в 16 веке, но бурное распространение игровой культуры случилось ближе к 19 веку: уже тогда А.П. Чехов, находившись в прямом смысле слова, добровольном, протяжённостью в 3 месяца, заключении, писал: «Картежная игра, как эпидемическая болезнь, овладела уже всеми тюрьмами; тюрьмы представляют собою большие игорные дома, а селения и посты — их филиальные отделения. Дело поставлено очень широко, и говорят даже, что здешние картежники-организаторы, у которых при случайных обысках находят сотни и тысячи рублей, ведут правильные деловые сношения с сибирскими тюрьмами, например, с иркутской, где, как выражаются каторжные, идет настоящая игра».
К игрокам в азартные игры в тюрьмах применяется понятие «игровые», и они получают к себе особое отношение, т.к. с каждого выигрыша любого из заключённых «греется» (пополняется) лагерный «общак», «общее», «коробка». Это - такой социально-инвестиционный фонд криминального элемента, который используется как источник ресурсов для выполнения различных задач. Низшие касты до игры не допускаются, но вполне могут играть между собой, чем и занимаются.
Организации игр, если в лагере или тюрьме происходит «ход-пароход» (так называемая «чёрная зона», где администрация показывает свой нос в лагерь только на проверках и различных спецмероприятиях), могут позавидовать некоторые игорные заведения: за игровым столом есть всё, даже психотропные вещества (не одобряю, но сам факт их наличия говорит о том, что те, кто игры организует, крайне заинтересован в их проведении), а любезный «официант» (шнырь) всегда любезно принесёт всё, что угодно, по первому зову.
Есть и свой «мегарегулятор»: так называемый «смотрящий за игрой», задачей коего является управление процессом, разрешение спорных ситуаций, поддержание порядка по ходу проведения игр. В случаях, если ситуация серьёзная, подключаются всевозможные «смотрящие» уровнем выше.
Ставки в играх самые разнообразные: от пачки сигарет или отжиманий/приседаний (чаще всего встречается при игре на в пределах одной камеры, ради развлечения), до автомобилей и объектов недвижимости в случае игры большим количеством людей в «специально отведённых зонах», где этими зонами выступают отдельные, «игровые хаты» (камеры, где проводятся игры), в лагерях функции этих зон берут комнаты досуга, подготовленные соответствующим образом.
Любопытен процесс возврата проигрыша: победитель обычно устанавливает срок возврата долга, но не в авторитарном порядке, а только после получения внятного ответа на вопрос «когда сможешь вернуть?» от проигравшего. Если сроки срываются, то последний имеет все шансы попасть в ранг «фуфломёта»: в местах лишения свободы к долгам применяется понятие «святое», по тюремным соображениям его нельзя не вернуть.
Уж коли «индустрия» поставлена таким образом, то, не удивительно, что в ней есть и свои «профессионалы»: если шулерство в тюрьме пресекается, то наказать за командную игру ещё надо постараться, ведь поймать за руку игроков, играющих в звене, практически невозможно. Такая команда не просто профессионально «разденет» любого игрока, но и мастерски втянет в игру новичка, сначала дав ему форы, дабы тот поднял ставки, чтобы затем отнять у него всё, что было поставлено на кон. Посему все те, с кем так или иначе пришлось поговорить в процессе составления сего материала, в один голос не рекомендуют предаваться этому увлечению, уж коли вас угораздило попасть в места лишения свободы: велик риск нарваться на неприятности, которые потом не сможете разгрести.