Виктор Званцев
Бросить многолетнюю службу в полиции США и присоединиться к ополчению — так поступил 33-летний Филипп Косов. В Донбассе он провел почти пять лет, несколько раз был контужен и ранен. Теперь преподает английский и пытается получить статус ветерана боевых действий. О необычной судьбе — в материале РИА Новости.
Опасная служба
За океан коренной москвич Филипп Косов перебрался вместе с родителями в девяностых, подростком. Учился в Северной Каролине, затем переехал в Калифорнию. Два года изучал экономику и менеджмент в Великобритании, в Бристольском университете.
В 2005-м обосновался в Техасе. Устроился в полицию. "Мне с детства нравились приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона, — объясняет он. — Наш департамент занимался охраной крупных объектов здравоохранения: госпиталей и медцентров".
Обстановка всегда была напряженной: в Техасе много латиноамериканских банд, то и дело устраивающих между собой разборки. В неотложку постоянно привозили раненых гангстеров. Полицейские дежурили там круглосуточно.
"Меня все устраивало, но в 2013-м начался Майдан, — продолжает Филипп. — Я пристально следил за происходящим и уже в феврале 2014-го подал документы на загранпаспорт. Пока ждал оформления, а это заняло полгода, произошли печально известные события: гибель людей в одесском Доме профсоюзов, расстрел националистами мирной демонстрации в Мариуполе".
Когда Киев двинул в Донбасс войска, он воспринял это как войну против мирного населения, не разделяющего "бандеровские взгляды".
Горячая точка
В октябре 2014-го Филипп прилетел в Ростов-на-Дону, а вскоре оказался в Донецке. Хотел попасть в отряд "Спарта" под командованием Арсена Павлова (Моторола), однако его определили в "Восток". Там познакомился с другим техасцем, Расселом Бэнтли (позывной — Техас).
"В учебке нам предложили несколько вариантов, — вспоминает ополченец. — Одно место было довольно спокойное, второе — донецкий аэропорт, на тот момент самая горячая точка".
Косов с Техасом выбрали аэропорт. Участвовали в ожесточенных боях, раз за разом отражали атаки ВСУ. Воевали простыми пехотинцами, но постепенно освоили разведывательное дело, штурмовые действия и другие специальности — четкого разделения в ополчении тогда еще не было.
"После боев пару дней могла кружиться голова, однако по сравнению с тем, что мне довелось увидеть вокруг, это детский сад, — подчеркивает Филипп. — Другие ребята теряли зрение, конечности, получали сильнейшие ожоги. За победу мы заплатили очень высокую цену. Как-то в одном бою лишились почти половины личного состава".
Его тоже ранили — в ногу. Эвакуировали вовремя, обошлось без ампутации, но лечился и восстанавливался несколько месяцев.
Вернулся на фронт — в поселок Пески, рядом с аэропортом. Правда, костыли все еще были нужны.
"Меня посадили на рацию, — говорит ополченец. — Это была не передовая, до противника — километр. Вэсэушники пытались пробить нашу оборону, поэтому приходилось много передвигаться, что, конечно, давалось с трудом".
Мирная жизнь
В 2018-м военно-врачебная комиссия признала его негодным к службе. Филипп уехал в Волгоград, затем — в Подмосковье.
Стал преподавателем английского. Женился, родился сын.
Сейчас пытается получить статус ветерана боевых действий. Не раз обращался в военные комиссариаты ДНР и Подмосковья, писал в военную прокуратуру и даже в администрацию президента. Пока безрезультатно.
"Важен даже не мой случай конкретно, а ситуация в целом, — считает ополченец. — Война в Донбассе в 2014-м и 2015-м была очень интенсивной. Многие получили ранения, лишились конечностей. И сейчас у этих парней лишь пенсия по инвалидности, хотя воевали они вовсю".
Филипп хочет помогать и действующим бойцам: готов собирать и возить нужные вещи, а также тренировать. За эти годы он окончательно понял, что Россия — именно его страна.