Продвижение детей высших чиновников и крупнейших управленцев государственными активами на влиятельные правительственные должности – процесс не только политический, но также и культурный. «Продолжение фамилий» по признаку принадлежности к фамилии хорошо известно в истории, начиная со Средних веков. Это явление называется непотизм. Проявление непотизма в государственном управлении в XXI веке отражает деградацию государственного устройства и его полный отрыв от общества.
Непотизм (включая сам термин, происходящий от лат. nepos, в род. пад. nepotis «внук, племянник») появился в Средние века и первоначально обозначал раздачу римскими папами ради укрепления своей власти доходных должностей, высших церковных званий и земель близким родственникам. Расцвет непотизма пришёлся на XV—XVI века.
Папы римские, в заботе об укреплении своей власти, стали раздавать высшие церковные должности, в первую очередь кардинальские шапки, своим родственникам. Ими были сначала племянники, отсюда и произошло название «непотизм».
Позже, особенно в XV—XVI веках, непотами становились незаконнорождённые дети. Например, папа Александр VI сделал кардиналом своего сына Чезаре, а папа Павел III — своих внуков.
Наивысшего размаха непотизм достиг в эпоху Возрождения, когда папы римские превратились в итальянских князей и стремились приобрести для своего потомства княжества и герцогства. Появились целые «папские» династии – такие как семьи Орсини, Конти, делла Ровере, Медичи, Борджиа, Пикколомини, Савелли.
Позднее появился интересный термин «чёрная знать»: это потомки непотов, которые стали княжескими или герцогскими фамилиями – такие как Бонкомпаньи, Боргезе, Барберини, Памфили, Киджи, Одескальки, Людовизи, Альбани, Русполи, Руффо и другие.
Многие из них потом хвастались своими «знатными» корнями в эпоху расцвета итальянской мафии.
Непотизм, будучи явлением глубоко аморальным и подрывающим общественные устои, авторитет власти, постепенно начинает изживать себя к XVIII веку. Непотизма стали стесняться как неприличной болезни. По распоряжению папы Иннокентия XII в кардинальской коллегии мог быть только один непот. К XIX веку непотизм в церковной иерархии постепенно сходит на нет.
Видя, как сейчас ближайшие родственники обладающих властью лиц, чаще всего дети, один за другим занимают должности в правительстве, министерствах, государственных корпорациях, советах и банках, понимаешь, насколько деградировала и стала вещью в себе, оторвалась от общества государственная система кадрового отбора.
Никому ничего не стыдно, никто ничего не стесняется, все всё понимают.
При этом никто ничем не владеет как настоящей законной собственностью, даже возглавляя коммерческую частную компанию. Сегодня он собственник, акционер, генеральный директор, обладатель активов, дохода, кабинета, авто и авиа, штата обслуги. Завтра что-то сломалось у него или его суверена – и он никто, у него ничего нет, а если решено его проучить за несогласованные деяния – то и арестант, обвинённый, осуждённый. Кто был всем, становится никем. Потому что изначально никем и был, только забыл об этом.
Как сохранить доставшееся по случаю, фаворитизму, стечению обстоятельств? Постараться поставить на место в системе, оптимально рядом с собой, но и просто на влиятельное место в системе ближайшего родственника – члена семьи, кровно связанного с собой человека. Постараться ухватиться, зацепиться, закрепиться за доставшееся волею судьбы.
Авторитет папской власти долго не мог восстановиться от последствий непотизма. Непоты были в большинстве своём наглыми, жестокими и лживыми. Не будучи на своих должностях по признакам ума и навыков, они развращали систему папской власти и в итоге стали невыгодны самой системе. Правда, на осознание необходимости избавления от непотизма ушли века.
Грустно видеть современную страну в пятнах средневекового непотизма.
Лев Шлосберг