Нападающий «Наполи» в блоге на The Player’s Tribune написал, что во время выступлений за железнодорожников он жил на базе клуба в глухом лесу, где ему было одиноко, а по ночам приходилось тренироваться в темноте.
«Все слова Хвичи, которые сейчас обсуждают в СМИ, вырваны из контекста. Грузин не то имел в виду. То, как это преподносится, не соответствует тому, какой смысл он вкладывал в свои слова. Что касается жизни на базе в Баковке, то это было желание непосредственно игрока и его представителя Мамуки.
Хвича – молодой парень, и ему хотелось больше быть в тренировочном процессе, поскольку он не очень хорошо владел русским языком, и на тот момент ему было тяжело коммуницировать в обществе. Хвича сам попросился жить на базе, и вопрос с квартирой вообще не стоял. Если бы она была необходима, то он бы спокойно мог жить в Москве. Поэтому желание жить в Баковке было решением Хвичи и его агента Мамуки.
Конечно, база находится там, где вокруг лес, и с учетом того, что все игроки разъезжались по домам, молодой грузинский парень оставался один. И я допускаю, что ему было некомфортно выходить с базы, поскольку это просто незнакомая местность.
Понятно, что там лес, но то, что в Баковке не было света, не соответствует действительности. Даже находясь на базе, Хвича был окружен вниманием, там помимо охранников еще всегда находились другие сотрудники. Он всегда был сыт и всегда имел возможность тренироваться.
В Баковке у него все было хорошо, и он ничего не критиковал и не требовал. Более того, когда подписывался контракт, ему наоборот, как и всем игрокам не из Москвы, предлагалась помощь в поиске жилья. Клуб очень внимательно к этому относился. И еще раз повторюсь: жить в Баковке было желанием Хвичи и его агента», – сказал бывший директор академии «Локомотива» Владимир Кузьмичев.
