От неожиданности я потеряла дар речи. Такого поворота я точно не ожидала.
Начнëм по порядку. Конец нулевых, я только перевелась в урологию, и каждое утро спускалась в реанимацию, проводить диализ. Нагрузка разная: может быть всего один пациент, и тогда второй аппарат простаивает, а может быть и пять-шесть, и тогда домой я ухожу не в 16.00, а гораздо позже, когда мошки и мушки начинают свой танец в свете фонарей.
Неделю назад из горбольницы перевели тëтеньку. Пневмония, искусственная кома, на ИВЛ, анурия. (В кому ввели, чтобы с аппаратом ИВЛ не боролась. На ИВЛ потому, что пневмония хорошенькая, двухсторонняя, затрагивающая большую часть лёгких. В сочетании с ХОБЛ – совсем печально).
Всю неделю я её ежедневно крутила, тëтенька, разумеется, лежала не шевелясь и проблем не доставляла. А вчера тётеньку разбудили и экстубировали...
– Ну, чë, явилась, дрянь такая?!
Такими словами мадам меня встретила. А дальше понеслось... Отборный шестиэтажный мат с переливами и перезвонами, и так все четыре часа диализа. Лексикон мой обогатился, я узнала о себе массу нового.
Даже у хирурга, который заполнял дневники, уши в трубочку свернулись, а он – товарищ бывалый. Что уж говорить обо мне. Я минуты считала до конца процедуры.
К моменту отключения дама ушла в крутое пике – дёргалась всем телом, пыталась отвязать руки-ноги и дотянуться до меня, или, на худой конец, укусить. Спасибо реанимационным сёстрам – зафиксировали на славу. И не только чтобы нас не покалечила, себе ведь тоже может нанести вред.
Но и безопасность персонала не должна быть на последнем месте. За мою долгую практику меня били, щипали, кусали, вырывали волосы и пытались придушить шнурком от бейджа. В меня швыряли костылями и стаканами. Плевали в лицо. Угрожали ножом. На моих глазах врач получил удар кулаком в лицо, к счастью, на излёте, успел слегка отшатнуться, и нос остался цел. Пациент, которого готовили на перевод из ОРИТ в хирургию, ни с того, ни с сего схватил лоток и стукнул медсестру по голове, а саму эмалированную посудину швырнул в окно. Стекло в дребезги. На улице январь. Другой товарищ довольно серьёзно укусил санитарку за руку, когда она его кормила с ложки.
Такие истории не редкость. По тем или иным причинам больные улетают в психоз. Частая причина – интоксикация: инфекционные заболевания, длительное злоупотребление алкоголем, наркотическими и психотропными препаратами. Не менее частая поражение головного мозга: травма, инсульт, опухоль. Ну, и психические заболевания.
У нашей дамы было комбо – интоксикация на фоне пневмонии, уремическая энцефалопатия на фоне острого повреждения почек и шизофрения. (Про шизофрению могли бы и раньше сообщить, было бы понятно, чего от неё можно ожидать).
Спустя ещё неделю тётенька ожидаемо пришла в норму. И ожидаемо ничего не помнила. Это, наверное, благо. Те, кто помнит, испытывают неимоверное чувство стыда. Хотя стыдиться тут совершенно нечего. Никогда не знаешь, какой фокус выкинет наш загадочный мозг.
Я вот панически боюсь наркоза. Мне кажется, выходя из него, я буду "чушь прекрасную нести". А у вас есть похожие страхи?