Фунтик воспринимал свою жизнь, как игру... А иначе было не выжить, иначе можно было сойти с ума – если осознать, что все то, что происходит с ним, на самом деле реальность.
Даже маленький котенок это все понимал и поэтому играл, играл в свою жизнь... Играл каждый день, ежечасно, ежеминутно. Играл с камнями, мухами, бабочками, со старым фантиком, с обрывком пакета, с ветерком и солнечным светом.
Играл даже с едой, которую и едой в прямом смысле назвать было нельзя – засохший кусочек чего-нибудь, заплесневевшая корочка хлеба или остатки соуса от влажного корма.
Который удавалось быстро слизнуть и тут же бежать прочь со всех лап, пока подвальные кошки, заметив такую наглость, ему не наподдавали.
Котенок также играл и со своим, мурчащим от голода животом, трогая его лапкой и чутко прислушиваясь. Ему было очень интересно, кто же такой живет внутри него – мурчит, бурчит, булькает и требует пищу.
А единственный друг – его собственный хвост. Он тот, кто всегда был с ним рядом, верно охраняя пушистый, худенький тыл. С ним котенок играл всегда бережно, никогда не выпускал коготки – хвостик это очень ценил и как мог, грел его прохладными, ветреными ночами.
И однажды эту, очередную игру заметила молодая, усталая женщина... Простая женщина, каких вокруг много тысяч. Котенок, хвост и обрывок пакета, а между ними связь – просто игра.
Остановившись, женщина замерла и почти не мигая, смотрела на это. Остальные прохожие умилялись, но только лишь не она... Женщина поняла, что это игра практически вместе со смертью.
Котенок был слишком худым, чтобы пережить еще одну ночь. Только она заметила, что это была последняя игра в его жизни.
Почему-то вспомнился сын... Маленький, пятилетний и бойкий мальчик, ведь он тоже играл, но игра та была совершенно иной. Игра сына были просто затем, чтобы прогнать скуку, расти в ней и развиваться.
Это были детские игры, а не способ заглушить гложущий, всепоглощающий голод и саднящую боль от рваной, саднящей раны на худой, толщиной со спичку, спине.
Убежать котенок не смог, да он не очень-то и пытался. Он, как и всегда, представил, что это игра... Что ничего плохого с ним не может случиться, и что его опять не бросят в маленький пруд, как это было вчера.
Ведь вчера была тоже игра, которая едва не закончилась для котенка печально. А тот, кто "играл" с ним, был раздосадован, что котенок так и не утонул, а смог выбраться, убежать и скрыться в густых, прибрежных кустах.
Но сейчас котика не несли к пруду, котенка занесли в небольшую квартиру... Несколько капель вкусного, топленого молока – от прикосновения к которому язык котенка почувствовал невероятный вкус к жизни. И маленький кот замурчал-замурчал, а потом его глаза сами закрылись.
Котенок уснул... На старом шарфике, вытянув расслабленно лапки и совсем не услышал, как в квартиру зашел кто-то еще. Папа привел из детского садика сына.
Издалека, чтобы не разбудить, мальчик долго смотрел на котенка, а потом на цыпочках подошел к своей маме.
- Мам, а котенок будет со мной играть?
- Да, сынок, обязательно будет... Только пусть поспит, не мешай. Мне кажется, ему надо выспаться за все свои месяцы жизни.
Неделю котенок почти не играл – немного ел, много спал. Тихонько лежал, крепко обнимая свой тоненький хвостик. А потом вдруг поднялся и побежал, заскакал по квартире как маленький ураганчик.
- Фунтик, не ешь меня, я еще пригожусь! - Счастливо смеялся маленький мальчик, кувыркаясь вместе с котиком на полу.
Теперь они всегда дружно играли, и в этих играх котенок и мальчик вместе развивались, росли. С тех пор Фунтик играл исключительно для того, чтобы ему было не скучно – энергия била из котенка ключом.
И совсем скоро, меньше чем через год, маленький, невзрачный, полупрозрачный Фунтик – превратился в шикарный, щекастый Фунт!