Иван с упоением рассказывал о своих встречах с друзьями, которые затягивались на несколько дней, с приготовлением шашлыков или креветок на мангале, и, обязательно с разным и в большом количестве алкоголем. С шашлыком – водка или коньяк, с рыбой или креветками – пиво. «Представьте, – говорил мужчина доктору, – на улице жара, а перед тобой кружка морозного пенного напитка…»
Глаза Ивана горели, он смачно сглатывал. Будто и не было нескольких дней дурмана, из которых его выводили в клинике, так как он уже не мог подниматься с постели. Будто не было увольнения с любимой работы из-за подобных «каникул», конфликтов с женой, изменившихся отношений с детьми, начавшихся проблем со здоровьем. Будто не существовало для него ничего, кроме этой кружки. «У меня проблемы с алкоголем?! Да я в любой момент… Нет у меня никаких проблем! Как можно лишать себя такого удовольствия?»
Вмиг улыбка исчезла, и только что бывшее добродушным лицо покрыла маска злобы и ненависти. Как и многие соседи Ивана по отделению, он отказывался признавать свою зависимость, считая вызов бригады наркологов «происками» близких. Характерное для второй стадии зависимости поведение.
Всего стадий – три.
На первой алкоголь может употребляться не часто, но мысли о нём, о ситуациях, подразумевающих приём алкоголя, становятся навязчивыми. Тяга проявляется в виде приятных воспоминаний состояния опьянения и эйфории и планировании мероприятий с возлияниями. Так формируется психологическая зависимость от алкоголя. На первой стадии зависимость пока не оказывает заметного влияния на социальные и личностные аспекты жизни, трудоспособность не нарушается, человек функционирует в прежнем режиме. Хотя некоторые изменения всё же происходят: нет-нет да выпьет больше, чем планировалось, не заметив, как это произошло, не постесняется наутро дыхнуть перегаром на коллегу или руководителя, а на замечание – усмехнувшись, отмахнуться.
Уже вскоре (у каждого первая стадия может растягиваться на разный срок: от года до десятка лет) человек лишается контроля за употреблением, так как к психологической зависимости присоединяется физическая: алкоголь становится неотъемлемой составляющей углеводного обмена и отказ от него влечёт сбой, что проявляется в абстинентном синдроме. Контроль утрачивается на нескольких уровнях: за количеством выпитого (никогда не бывает «достаточно»), за его видом (становится все равно что пить), за последствиями употребления (не смущают ни прогулы, ни замечания, ни наказание за правонарушения). Эйфория от употребления сменяется тоскливо-злобным настроением, слезливостью или, напротив, агрессией. Главное, на этой стадии человек демонстрирует полное отсутствие критического отношения к себе и своему состоянию. «Нет проблем!» - говорит он. «Я абсолютно здоров и не собираюсь меняться!» Как говорит Иван и многие его соседи. Многие, но не все.
Есть те, кто с тоской наблюдая за сопротивляющимися лечению постояльцами, ещё мнящих себя здоровяками, знают, что может быть дальше. Думают они и о том, что было бы с ними, скажи они себе в своё время «стоп» и прими помощь врачей и близких. Но уже поздно. Семья распалась, работы и друзей давно нет, дети в качестве заботы оплачивают лечение, сведя к минимуму любой контакт. В анамнезе длинный список заболевай, инфаркт или инсульт. Человек давно не управляет не только ситуацией, но и собой. Становится обузой себе и другим. Это третья стадия зависимости.
Здесь мало что можно сделать, потому как из-за длительного приёма алкоголя уже произошли необратимые изменения в организме. По сути, несчастные просто доживают свои дни в одиночестве или в интернате, сокрушаясь о потерянной жизни. Жизни, которая могла бы быть, если бы не «удовольствие», впоследствии ставшее приговором. Действительно ли нет проблем, Иван?
_________________________________
Онлайн-консультация с опытным психотерапевтом в клинике Корсаков доступна каждому.