Несколько дней тому назад, Друзья, мы в очередной раз вспоминали Отечественную войну 1812 года и основных её полководцев с обеих сторон конфликта. Но так, как речь тогда шла не столько о самой войне, сколько о её окончании и заграничном походе русской армии да взятии ею же Парижа, то среди таких знаменитых фамилий, как Кутузов, Барклай-де-Толли, Раевский, Витгинштейн и других не нашлось места ещё одному значимому для российской военной истории имени. Нет, значимому для всей мировой военной истории. Князю Петру Ивановичу Багратиону! И это легко объяснимо - горячий и лихой по-кавказски (родился во Владимирской губернии, но являлся представителем одной из ветвей старинных грузинских царей), верный и храбрый по-русски, сей генерал от инфантерии получил смертельное ранение на Бородинском поле и, спустя несколько дней, умер в своём родовом имении. Кстати, то, что прообразом главного героя романа Льва Николаевича Толстого "Война и мир" - князя Андрея Болконского одновременно стали генералы Пётр Волконский и Александр Тучков, я очень хорошо знаю, но считаю, что гений русской классической литературы да главный граф всей нашей культуры, в образ своего Болконского, точнее в его смерть, вложил немногим и от смерти Петра Багратиона. Кто не согласен - не вопрос, не настаиваю, тем более, что речь в публикации, как всегда, пойдёт совсем о других событиях. Событиях, происходивших в нашей огромной стране ровно 80 лет назад. Событиях, которые в процессе розыска мною моего прадеда, пропавшего без вести на фронтах Великой Отечественной войны, стали мне, пожалуй, такими же дорогими, а то и вовсе бесценными, как и Сталинградская да Курская битвы, в которых участвовал мой дед. И, если дед мой с войны вернулся живым, то прадед погиб. Не пропал без вести, хоть до сих пор таковым официально и считается, а именно погиб. Погиб в ходе стратегической наступательной операции "Багратион"! Да, Друзья - дорогие мои, подписчики и просто читатели, сегодня я - писатель и блогер Артём Чепкасов, буду рассказывать Вам об операции "Багратион", вернее, только её начале, но уже тем взорвавшей буквально весь Мир летом 1944 года. Здравствуйте и погнали...
Говоря об операции "Багратион", в результате которой летом 1944 года войсками Красной Армии были освобождены вся Белоруссия и часть Прибалтики, а так же в некоторых местах удалось вклиниться на территорию довоенной Польши (истинной, а не то, что она себе захапала в 1920 году и здесь имеются ввиду опять же Белоруссия и Украина), нужно понимать, на мой взгляд, три основных аспекта.
Первое: летом 1944 года советские полководцы сотворили с немецкими и, соответственно, с их войсками ровно тоже самое, что тремя годами ранее и точно там же, то есть, в Белоруссии, те сделали собственно с самими советскими полководцами и частями КА. Создав многократный перевес над немецкими войсками буквально во всём: людях, вооружении, технике, боеприпасах, окрепшая за годы борьбы советская военная машина вынесла противника с поля боя в прямом смысле слова. Операция "Багратион" ведь и началась по факту 22 июня 1944 года. Внимание! 22 июня! По-моему, символичнее некуда. Да, официально датой начала операции "Багратион" считается 23 июня 1944 года, но ещё днём ранее, то есть, именно 22 июня, передовые советские части силами многочисленных стрелковых рот, усиленных танками, проводили разведку боем по всей линии, так называемого Белорусского балкона, о котором поговорим ниже. И разведка боем дала ошеломляющие результаты - практически все выявленные огневые точки противника были моментально подавлены как артиллерией, так и авиацией, после чего, с рассветом 23 июня 1944 года в наступление перешли уже основные массы наших войск. Пехота, следуя буквально в 150 - 200 метрах за своим огневым валом, с ходу прорывала многоэшелонированную оборону противника и затем в эти прорывы вводились советские танки, которые не давали немцам отступать и закрепляться на других подготовленных заранее участках обороны. По всей Восточной части Белоруссии немцев едва ли не по щелчку пальца окружали и либо принуждали сдаваться, либо добивали в этих котлах. В огромных колличествах. Особенно Витебский и Бобруйский котлы. То есть, в июне 1944 года в Белоруссии случился точно такой же блицкриг, что и в 1941 году. Только на этот раз стороны поменялись, что в свою очередь подтверждает постулат: "Русских немцы научили воевать". Да, научили. Да, ценой большой крови. Но каков результат обучения! Как блестяще был сдан экзамен на право и дальше жить нашей стране И, да, конечно же, сейчас может показаться, что я прям какую-то агитку пересказываю, занимаюсь просоветской пропагандой о том, как лихо мы фрицев били, но дело в том, что по большому счёту это так и было. В Белоруссии летом 1944 года именно так и было. И, конечно же, потери мы тоже несли, а моя семья так и того подавно - шестеро детей без отца остались и реально голодали после войны, в связи с чем с Волги в Сибирь и перебрались, где всегда сытнее было, особенно если работы никакой не чураешься. Словом, потери в операции "Багратион" мы несли, да и как иначе-то на войне, но только эти потери были, пожалуй, полностью сопоставимы с потерями немцев в июне 1941 года. А немецкие потери в этой же операции, соответственно, были сопоставимы с ужасными потерями Красной Армии лета 1941 года.
Второе: успех операции "Багратион" во многом обусловлен тем, что немецкое командование попросту не ждало нашего наступления в Белоруссии летом 1944 года. Ну, как можно наступать массой танков через леса и болота, тем паче, что немногим южнее сиих мест простираются степи Украины - во где раздолье для бронемашин, воюй там, не хочу. Вот немцы и ждали летнее наступление Красной Армии 1944 года на Украине, большая часть которой была освобождена ещё летом - осенью 1943 года. То есть, весной 1944 года немецкие полководцы совершили ровно туже самую ошибку, что и советские весной 1942 года, когда мы тоже ждали очередного летнего наступления фрицев опять на Москву, а они вдруг через Украину к Волге и Кавказу рванули. То есть, немцы в 1944 году, как и мы в 1942 году попросту не обладали развёрнутыми разведданными и прошляпили сосредоточение наших частей на прямом направлении в Белоруссию, забрав даже почти все танки у расквартированных здесь своих частей для своих же частей, расквартированных на Украине. А без танков немецкая армия периода Второй Мировой войны, согласитесь, Друзья, совсем на та, что теперь знаем мы из истории, кино и книг. И вот здесь необходимо отдать должное не только разведчикам, знавшим о немцах в Белоруссии всё, но и контразведчикам, не позволившим и немцам в свою очередь всё узнать про нас. Например, в зоне действительного сосредоточения наших войск всю весну 1944 года велась радиоигра с противником и наши радисты намеренно пихали ему дезу. И одновременно с тем же во многом соблюдался строжайший режим радиомолчания. Все передвижения боевой и тыловой техники Красной Армии по рокадным (тыловым) дорогам были только ночью и обязательно с выключенными фарами. То есть, и в этом вопросе, к лету 1944 года советские полководцы с немецкими поменялись местами полностью. И в подготовке к наступлению, в оперативном искусстве, и в уже проведении собственно самого наступления - искусстве стратегии и тактики.
Третье: принято считать, что мозгом операции "Багратион" стал один из самых легендарных наших полководцев во всей нашей истории, будущий маршал, а на момент начала операции - генерал армии, Рокоссовский Константин Константинович. И это во многом так, даже не смотря на то, что другой наш легендарный полководец - Жуков Константин Георгиевич полностью отрицает то, что касательно планирования операции "Багратион" писал позже в своих мемуарах сам Рокоссовский. Напомню Вам, Друзья, вкратце эту историю. 22 мая 1944 года, то есть, ровно за месяц до начала собственно самой операции, в ставке верховного главнокомандования, возглавляемого Сталиным, проводилось оперативное совещание по поводу предстоящего наступления советских войск в Белоруссии. Так вот на этом самом совещании предлагалось, что 1-й Белорусский фронт, которым собственно и командовал товарищ Рокоссовский, должен будет нанести лишь один, но мощный удар в общем направлении на город Бобруйск с юга. Однако Константин Константинович воспротивился такому плану и предложил свой вариант - нанесение двух одновременных ударов, один от Рогачёва на Осиповичи, а другой - от Озаричей на Слуцк, и тем самым в итоге окружить всю Бобруйскую группировку противника. Своё решение Рокоссовский аргументировал, как раз, тем, что тащить всю огромную массу своих войск через сильно заболоченную местность в одном направлении, смерти подобно - войска, следуя друг за другом, не успеют оперативно развернуться, упруться друг другу в спины, забьют все дороги, и в этом случае противник сможет блокировать все их наступательные действия динамичной обороной, которая, кстати, была в чести у немцев, судя по тяжёлым, длинную в год, боям за Ржев и очень неуспешным для советской стороны боям в конце декабря 1943 - начале январе 1944 всё за туже Белоруссию. Выслушав доводы Рокоссовского, Сталин якобы дважды отправлял его за дверь подумать, но каждый раз Константин Константинович непоколебимым возвращался в кабинет верховного главнокомандующего, что в итоге заставило Сталина принять сторону непокорного комфронта, коего даже арест и пытки 1937 года не сломили. В тоже время эту историю, показанную, разумеется, и в фильме - эпопее Юрия Озерова "Освобождение", опровергал Жуков Георгий Константинович, настаивая на том, что планированием всей операции "Багратион" занимался вовсе не Рокососовский, а начальник всего генштаба Красной Армии - генерал Антонов Алексей Иннокентьевич, и именно он, как раз, изначально и предусмотрел в планах то, что Рокоссовский потом записал на свой личный счёт. Кто во всей этой истории прав, а кто - нет, сказать сложно, тем более, что слова Рокоссовского подтверждает другой блестящий советский военачальник времён Великой Отечественной войны и так же будущий маршал, а на тот момент тоже генерал армии - Баграмян Иван Христофорович, коему в предстоящей наступательной операции выпало командовать 1-м Прибалтийским фронтом, то есть, правым крылом/флангом всех частей в Белоруссии. 1-й Белорусский фронт Рокоссовского - это, если что, левый фланг. То есть, основные удары во всей операции и впрямь наносили солдаты и офицеры (с 1943 года это слово уже не являлось матерным) генералов Баграмяна и Рокоссовского. Однако, кроме 1-го Белорусского и 1-го Прибалтийского фронтов в операции "Багратион" должны были принять участие ещё целых два фронта, а именно 2-й Белорусский генерала армии Захарова Георгия Фёдоровича и 3-й Белорусский генерала армии Черняховского Ивана Даниловича, при этом последний, вообще, считался самым молодым и подающим большие надежды из плеяды советских генералов. И вот этим вот двум фронтам, 2-му и 3-му Белорусским, тоже предстояло тяжелейшее - пробиться через немецкую оборону, считай по самому её центру. Но как бы там то ни было, Друзья, мы все понимаем, что это поражение - сирота, а у Победы родителей много и то, что многие поистине талантливые полководцы, командующие фронтами и армиями в нещадной борьбе с фашизмом, в итоге после войны "перегрызлись" между собой, тоже сегодня, увы, уже не секрет: Конев крыл Жукова, Жуков Рокоссовского, Чуйков тоже там с кем-то чего-то не поделил. А всё потому, что военным не место в политике и когда кто-то особо умный что вчера, что нынче берётся рассуждать на тему, а чего это, мол, у нас министр обороны сам никогда в армии не служил, хочется, извините, сказать умнику такому, дабы помолчал, а то ведь и в армии, вроде, служил, а в собственной семье порядок навести не может, но всё туда же, о политике и министрах судить берётся, о президенте. И вот из всего этого нам нужно отметить только то, что генерал Рокоссовский, при всём моём несомненном уважении к этому человеку отнюдь не являлся разработчиком плана всей операции "Багратион", однако с другой стороны это вовсе никак не умаляет его заслуг перед нашими Родиной, народом, армией. Просто у каждого в той войне, как в принципе везде и всегда, было и есть своё место, на котором он должен делать на отлично то, что делать, в общем-то, и должен, простите уж за масло масляное.
Итак, к лету 1944 года общая обстановка в, скажем так, центре всего советско-германского фронта сложилась таким образом, что в результате буквально ошеломляющих наступательных действий частей Красной Армии под Ленинградом да на Украине и образовался тот самый "Белорусский балкон", о котором я упомянул выше. То есть, если смотреть на карту, то мы видим, что на Севере от него войска 2-го Прибалтийского фронта под командованием уже известного нам по прошлым публикациям генерала армии Ерёменко Андрея Ивановича, освободили почти всю Ленинградскую область и вышли на ближние подступы к старинному русскому городу Псков и на рубеж реки Великой, откуда на данном оперативно-стратегическом направлении и началась по сути Великая Отечественная война, так как миновав Прибалтийские советские республики словно парадным маршем, Псков фрицы тоже взяли уже 09 июля 1941 года. И вот в лету 1944 года уже советские войска готовы были забрать Псков обратно да тем самым создать все предпосылки к полному освобождению Прибалтики. Но куда как лучше у Красной Армии дела шли на юге от "Белорусского балкона", где ещё в апреле 1944 года частями 2-го Белорусского фронта, которым тогда командовал генерал армии Курочкин Павел Алексеевич и в том числе 70-я общевойсковая армия (читайте и обсуждайте статью "И целая армия "вертухаев красноперых") был освобождён город Ковель, а войска 3-го Украинского фронта во главе с генералом армии и тоже будущим маршалом Толбухиным Федором Ивановичем уже стояли на рубеже реки Днестр, освободив не только почти всю Правобережную Украину, но и большую часть Молдавии, а в ближайшей перспективе так и Румыния уже наметилась. То есть, на Юге советские бойцы к лету 1944 года, можно сказать, уже освободили нашу Родину от фашистов и приблизились здесь непосредственно к довоенной государственной границе.
И только в центре, непосредственно на Западном оперативно-стратегическом направлении, то есть, на Минск - у Витебска и Орши, советские войска сколько ни бились всю зиму 1943 - 1944 годов, а после освобождения Брянска и Смоленска, ничего у них не выходило и потери были, довольно-таки, серьёзными. Немецкая группа армий "Центр" намертво засела в Белоруссии и отбивала все наши атаки. Только вот именно из-за этого я и не могу в полной мере понять того промаха, который немецкое командование допустило в Белоруссии, спустя полгода после зимних, успешных для себя, оборонительных боёв. То есть, всю зиму обороняли участок, ни шагу назад в прямом смысле слова, а ближе к лету вдруг и впрямь ни с того, ни с сего почти все танки и самолёты перекинули на Украину. И сдаётся мне, это именно результат радиоигры смершевцев и есть, по итогу которого враг в Белорусском выступе оставил без танковой поддержки следующие части (слева направо, то есть, с севера на юг): от Витебска на Юг, до Орши и Быхова части немецкой 3-й танковой армии под командованием генерал-полковника Георга Рейнгардта, которая делилась на три армейских корпуса: 6-й, 9-й и 53-й и, внимание, ни в одном из них не было ни единой танковой части! Танковая армия без танков! Всего в 3-ю танковую армию входило семь пехотных дивизий: 95-я, 199-я, 206-я, 246-я, 252-я, 256-я, 299-я и 14-я моторизованная да 201-я охранная дивизии, а так же три бригады штурмовых орудий, по-нашему, самоходок: 245-я, 281-я и 667-я, при этом две последние в составе 6-го армейского корпуса. Ну, и ещё были 4-я и 6-я авиаполевые дивизии, обе в составе 53-го армейского корпуса.
Там же, у Быхова и Орши, в междуречье Днепра и Березины фрицы сосредоточили свою 4-ю полевую армию, у которой имелся целый 39-й танковый корпус, но, если Вы сейчас закричите мне, ну, вот же, вот танки, Чепкасов, ау, то не тут-то было, и танков в этом соединении тоже не оказалось, а лишь 12-я, 31-я, 110-я, 337-я пехотные дивизии, 185-я бригада штурмовых орудий и бывшая 60-я моторизованная дивизия, называвшаяся теперь Фельдхернхалле. Кроме такого вот своеобразного танкового корпуса в 4-й полевой армии немцев имелось ещё два армейских корпуса, 12-й и 27-й, и вот в последнем немножко танков имелось-таки - известный многим любителям военной истории 501-й тяжёлый танковый батальон (20 танков "Тигр" и 16 - Pz III. Так же в 27-м АК 4-й ПА были 260-я пехотная дивизия, 25-моторизованная дивизия и 78-я штурмовая дивизия, тогда как в 12-м АК были две пехотные дивизии с номерами 57 и 267, да одна, 18-я, моторизованная.
В центре всей немецкой обороны "Белорусского балкона" - от Могилёва до Бобруйска расположилась также уже известная нам по прошлым публикациям, а больше по теме сражения за Ржевский выступ, 9-я полевая армия в составе так же трёх армейских корпусов: 35-й (пять пехотных дивизий ## 6, 45, 134, 296 и 383), 41-й (три пехотные дивизии ## 35, 36 и 129) и 55-й (всего две пехотные дивизии, 102-я и 292-я). Кроме того в составе 9-й полевой армии имелись части прямого подчинения - 707-я пехотная и, внимание, 20-я танковая, в которой танков опять же имелось всего на один батальон и то даже не тяжёлых, как хотя бы в вышеобозначенном 501-м тяжёлом танковом батальоне, а самым многочисленным и, видимо, боеспособным соединением всей 9-й ПА являлся, всё-таки, вышеобозначенный 35-й АК, где особую изюминку лично для меня представляет 45-я пехотная дивизия. Да - да, та самая, что Бресткую крепость штурмовала в июне 1941 года и потом, в апреле 1942 года от души получила по соплям на Орловщине да убегала там со своих позиций так, что всю свою штабную документацию бросила, благодаря чему и стало известно о беспримерном подвиге защитников Бреста. И теперь вот австрийцам за все свои злодеяния предстояло получить по шее ещё раз. Впрочем, сомневаюсь, что за три года войны в 45-й пехотной оставались одни лишь автрийцы, из кого она первоначально и формировалась, и, вероятнее всего, на данный период период в дивизии этой кого уже только не было. Однажды мне довелось читать, кажется, у Малиновского, хотя могу и ошибаться, что весь цвет немецкой и австрийской наций, все эти белокурые истинные арийцы с нордическим характером легли под берёзовые кресты в Подмосковье и у Сталинграда. Это я к тому сейчас, что те, кто кричат, мол, гитлер - единственный, кто выполнил все свои обещания перед своим народом, по меньшей мере психически больны. Фюрер немецкий да и австрийский народы буквально под ножи пустил и, если бы, не природная доброта наших дедов и прадедов, которые даже из чувства святой мести, всё равно, не преследовали цели, уничтожить всех немцев и австрийцев до единого, то большой вопрос, а были бы сегодня на политической карте Мира такие государства, как Германия и Австрия? Уверен, американцы с англичанами их с лица земли стёрли бы. Всех, до единого. Как сделали это много позже с Югославией (читайте и обсуждайте публикацию "Новая Россия родилась в Слатине").
Ну, и на Юге немецкой обороны, то бишь, на её правом фланге, который составляла линия от Припяти до Пинска, оборону заняла 2-я полевая армия фрицев: 8-й, 20-й и 23-й армейские корпуса, которые именно боевых частей как таковых не имели, вообще. Так, 20-й АК был представлен одной единственной кавалерийской бригадой за номером 3 и под командой подполковника Георга фон Бёзелагера, а так же корпусной группой "Е" генерал-лейтенанта Фельцмана. В 8-м АК имелись две пехотные дивизии, 211-я генерал-лейтенанта Экарда и 5-я генерал-лейтенанта Тумма, причём последняя из которых была лёгкой. И только в 23-м АК числилось аж три дивизии сразу, но, как говорится, каждой твари по паре: одна пехотная, 7-я генерал-лейтенанта Раппарда, одна моторизованная, 17-я полковника Кернера и одна охранная, 203-я генерал-лейтенанта Пильца. В прямом подчинении всей 2-й полевой армии немцев находилась 4-я кавалерийская бригада генерал-майора Рудольфа Хёльсте.
И на этом всё! Все немецкие войска в Белорусском выступе к лету 1944 года. Танков нет, а самой слабой группировкой здесь была правофланговая, то бишь, 2-я полевая армия немцев. При этом всю эту группу армий "Центр" под командованием генерал-фельдмаршала Эрнста Буша прикрывал с воздуха 6-й немецкий воздушный флот генерал-полковника Роберта фон Грейма и состоявший всего из двух авиадивизий да одного, 2-го, зенитного корпуса. И вот теперь предлагаю взглянуть на наши части, приготовившиеся вспороть оборону фрицев между Витебском и Пинском. Как я уже отмечал выше, в операции "Багратион" было задействовано аж четыре советских фронта, три Белорусских и один Прибалтийский. И начнём мы так же, с левого фланга на правый, но только уже с советской стороны, а это значит, с Юга на Север.
Итак, 2-й немецкой полевой армии между Припятью и Пинском, а так же частям 9-й полевой армии у Могилёва и Бобруйска и, судя по всему, всё же, наиболее боеспособной немецкой группировке в Белоруссии, противостоял 1-й Белорусский фронт генерала армии Константина Константиновича Рокоссовского. В состав фронта входили 61-я и 65-я общевойсковые армии генерал-лейтенантов Белова и Батова, по два стрелковых корпуса в каждом плюс у Батова 1-й гвардейский танковый корпус и 1-й механизированный корпус генерал-майора Панова и генерал-лейтенанта Кривошеина, соответственно. Кстати, Кривошеин - это тот самый, Семён Моисеевич который, что 22 сентября 1939 года улыбался немецкому танковому асу Гудериану, но да, ладно, об этом в другой раз. Так же фронту Рокоссовского подчинялись 28-я, 48-я и 3-я общевойсковые армии, и, если, первые две были представлены четырьмя и тремя стрелковыми корпусами, соответственно, плюс артиллерийские дивизии прорыва, то 3-я армия состояла аж из пяти стрелковых и одного танкового корпусов плюс гвардейская миномётная дивизия. И мне думается, неспроста так усилили именно эту армию, которой командовал так же знаменитый нынче генерал Александр Горбатов, про коего из-за его непокорности будто бы сам Сталин говорил: "Горбатова могила исправит". Летом 1944 года в Белоруссии, как раз, она, 3-я советская общевойсковая армия, и становилась своеобразным символом возмездия, потому что ровно за три года до того именно её и именно здесь же окружили немцы в ходе своего так удачно начавшегося, но вскоре слитого блицкрига. И, конечно же, я понимаю, что состав 3-й армии в 1944 году был совершенно иным, чем в 1941 году (27-я, 56-я, 85-я стрелковые дивизии и 29-я да 33-я танковые дивизии, а так же 204-я моторизованная дивизия и 152-й, 444-й корпусные артполки при 16-м отдельном артдивизионе и 7-й артбригаде ПТО), но тем не менее. В 1941 году 3-я общевойсковая советская армия хорошо получила от немцев в Белоруссии и вот, наконец-то, пришло время давать сдачи. Кроме общевойсковых армий Рокоссовскому напрямую подчинялись три гвардейских кавалерийских корпуса, 2-й, 4-й и 7-й генерал-лейтенантов Крюкова, Плиева и генерал-майора Константинова и по три кавдивизии каждый, а так же Днепровская речная флотилия капитана первого ранга Григорьева Виссариона Виссарионовича.
Следуем далее, Друзья. 2-й Белорусский фронт под командованием генерал-полковника Захарова включал в себя три общевойсковых армии, 33-ю, 48-ю и 50-ю генерал-лейтенантов Кручёнкина, Гришина и Болдина, при этом 33-я А не разделялась на корпуса, а состояла всего из трёх обычных стрелковых дивизий, 70-й, 157-й и 344-й, в то время, как две другие общевойсковые армии имели по четыре и пять стрелковых корпусов соответственно и в основном по три стрелковых дивизии в каждом. С воздуха фронт прикрывался лётчиками 4-й воздушной армии под командованием генерал-полковника Вершинина Константина Андреевича и, я подразумеваю, 2-й Белорусский фронт во всей операции "Багратион", судя по наличию у него личного состава, играл вспомогательную роль. Ну, хотя бы потому что следующий фронт, 3-й Белорусский генерала Черняховского имел в своих рядах уже четыре общевойсковых и одну танковую армии, а так же гвардейский мехкорпус генерала Обухова Виктора Тимофеевича и артиллерийский корпус прорыва генерала Саличко Николая Фомича из резерва Верховного Главнокомандования. Вышеупомянутой танковой армией, 5-й гвардейской, командовал маршал Ротмистров Павел Алексеевич, известный по сражению на у станции Прохоровка, и а сама армия разделалась на два танковых корпуса, 3-й гвардейский генерал-майора Вовченко Ивана Антоновича и 29-й генерал-лейтенанта Фоминых Евгения Ивановича. В каждом танковом корпусе находилось по три танковых и одной мотострелковой бригады, и по четыре артиллерийско-самоходных полка. Кроме того, ещё один танковый корпус, 2-й, генерал-майора Бурдейного Алексея Семёновича, входил в состав 11-й гвардейской общевойсковой армии фронта и так же включал в себя три танковых и одну мотострелковую бригады, четыре артиллерийско-самоходных полка и плюс отдельный тяжёлый танковый полк прорыва. И вот, судя по наличию танковых соединений в составе 3-го Белорусского фронта, основной удар в операции "Багратион" должен, как мне думается, наносить он, а не 1-й Белорусский фронт Рокоссовского. Тем более, что войска Черняховского наступали непосредственно на район Витебска, где оборону заняла 3-я танковая армия фрицев, хоть и без танков, правда, но зато со штурмовыми орудиями, которые тоже хлопот немало могли доставить. А, может, это лично мне хочется считать, что главный удар в операции "Багратион" наносил 3-й Белорусский фронт, потому что именно в его состав входила 338-я стрелковая дивизия второго формирования 5-й общевойсковой армии - в этой дивизии воевал и погиб мой прадед, Артёмов Пётр Максимович. Обычный рядовой пехоты Петя, историю Подвига которого и его боевых товарищей я совсем скоро расскажу - в 80-ю годовщину их последнего боя, 20-го августа 1944 года.
Ну, и теперь самый северный, вернее, правофланговый советский фронт на Белорусском театре военных действий - 1-й Прибалтийский генерала Баграмяна. Этот фронт так же, как и 2-й Белорусский, включал в себя всего три армии: 4-ю ударную, 43-ю общевойсковую и 6-ю гвардейскую общевойсковую, которая так же мне лично очень дорога вместе с двумя своими основными стрелковыми корпусами - 22-м и 23-м гвардейскими. Годом ранее описываемых событий именно в состав этой армии, на Курской Дуге, входила 375-я стрелковая дивизия, в которой воевал мой дед и о которой в нашем блоге уже есть пара - тройка публикаций. Правда, к лету 1944 года мой дед уже полгода как находился в фашистском плену в Польше, а его дивизии и вовсе уже не было в составе 6-й гвардейской армии генерала Чистякова и она в составе других армий и фронтов продолжала воевать на Украине, освобождала Румынию. Хотя, ради интереса отмечу, что на "Памяти народа "375-я дивизия за лето 1943 года, будучи всё ещё в составе 6-й гвардейской общевойской армии значится, как подчинённая 1-му Прибалтийскому фронту, коего в ту пору ещё и не было совсем. Это я к тому, Друзья, что любую информацию с, безусловно нужного нам всем и полезного, сайта "Память народа" нужно обязательно перепроверять.
Ну, в общем-то, и всё, Друзья по силам противоборствующих сторон накануне операции "Багратион". В цифрах это выглядит так: СССР - более полуторамиллионов живой силы к началу и более двух с половиной миллионов к завершению, без малого шесть тысяч танков и самоходных орудий, почти пятьдесят тысяч артиллерийских орудий и миномётов, да более шести с половиной тысяч самолётов. Германия - едва полмиллиона человек живой силы на начало операции и которая кое-как за счёт резервов увеличится до одного миллиона двухсот тысяч к концу операции, и всего 118 танков да меньше пятисот самоходок, к которым ещё столько же прибавится за счёт резервов уже в ходе самой операции, да ещё шестьсот самолётов. Прибавиться - это когда немецкие полководцы поймут, что русские генералы их обвели вркруг пальца, как детей малых, и срочно начнут стягивать в "Белорусский балкон" войска и технику буквально отовсюду. Но будет уже слишком поздно. То есть, методом нехитрого подсчёта мы получаем сведения, что на момент начала операции "Багратион" по людям наши войска превосходили немецкие в три с половиной раза, по бронемашинам в девять раз и по авиации в одиннадцать раз, что в целом соответствует известным мне правилам наступления и прорыва многоэшелонированной обороны - наступающие должны превосходить обороняющегося не менее, чем в четыре раза и только в этом случае успех гарантирован, тем паче, что в Белорусском балконе немцы сидели не просто в окопах, а за непроходимыми болотами и лесами. И, например, в полосе наступления 3-го Белорусского фронта, насколько мне известно, только траншей в полный профиль и блиндажей, было, вообще, от десяти до пятнадцати линий и все на расстоянии двух - двух с половиной километров между собой. В Прибалтике же немцы и вовсе смастерили неприступную линию укреплений "Пантера". В общем, у немцев условия обороны Белоруссии в 1944 году были куда как приятнее, чем у нас в 1941 году там же. И, казалось бы, устанешь прорывать все эти линии и прочее, но так в итоге и получилось. Прорвали! И отсюда мы, Друзья, переходим к заключительной части нашего сегодняшнего повествования.
Общий план операции "Багратион" предусматривал два этапа. Первый - за две недели овладеть городами Витебск, Могилёв, Бобруйск, Полоцк и Минск, и второй - в течение июля 1944 года выйти на довоенную государственную границу СССР в районах городов Брест и Белосток, а так же полностью освободить террриторию Литвы и выйти на границу с Восточной Пруссией. Перед началом первого этапа операции "Багратион" только в полосе 1-го Белорусского фронта генерала Рокоссовского разведчиками всех уровней было захвачено почти сто "языков", которые дали ценные показания и прежде всего о том, что командование вермахта не ждёт наступления русских в Белоруссии и все свои силы, в том числе большие танковые, сосредоточило на Западной Украине. И вот здесь лично я вновь удивляюсь хваленым немецким генералам. Посмотрите на карту! Что видите? Правильно, выступ! Точно такой же, какие сами фрицы всегда при первой же возможности пытались срезать, взяв в котёл много наших частей. Так почему же немцы столь халатно отнеслись к Белорусскому балкону? Отчего решили, что русские дурнее их и не станут срезать этот выступ, хотя ровно тоже самое они целый год и с большим трудом, но делали подо Ржевом. Однако, все мы помним, что я отнюдь не военный историк, да, и, вообще, не военный в принципе, и потому понять все тонкости происходившего летом 1944 года лично мне сложно. Если же у Вас, Друзья, есть какие-то мысли на этот счёт, то, пожалуйста, делитесь ими в комментариях.
В итоге 23 июня 1944 года начались настурательные действия советских фронтов на три белорусских города - Витебск, Могилёв и Бобруйск. За пять последующих дней наступления, то есть, к 28 июня 1944 года войскам 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов генералов Баграмяна и Черняховского при всесторонней координации их действий представителем ставки маршала Советского Союза Василевским Александром Михайловичем, кстати, бывшим царским офицером, которого большевики почему-то не расстреляли ещё в 1918 году и уж тем более в 1937 году, провели так называемую Витебско-Оршанскую наступательную операцию и, освободив ряд населённых пунктов, замкнули кольцо в районе села Бешенковичи, чем окружили в Витебске части немецких 3-й танковой и 4-й полевой армий, которые, разумеется, пытались прорваться, но безуспешно и в итоге по большей части сдались в плен.
В этот же период части 2-го Белорусского фронта Захарова провели Могилёвскую наступательную операцию против части сил немецкой 4-й полевой армии. Как мы помним, у Захарова было всего три стрелковых дивизии даже без разделения на корпуса, а у немцев против него семь пехотных дивизий, раскиданых по одному армейскому и одному танковому корпусам. То есть, у Захарова на данном направлении удара было в лучшем случае личного состава столько же, сколько и у немцев, иначе мне трудно объяснить, как силами всего трёх дивизий можно сломить оборону аж семи дивизий противника сразу. Да, в небе над полосой наступления 2-го Белорусского фронта безраздельно действовала советская авиация, а ещё действия наступающих координировал представитель ставки Георгий Константинович Жуков и, тем не менее, для того, что бы меньшие силы уничожили оборону больших сил, нужно что-то ещё. Не знаете, Друзья, что именно? Пишите в комментариях, а я только отмечу, что 28 июня 1944 года, освободив попутно ряд населённых пунктов, войска генерала Захарова освободили и Могилёв, и Быхов, да ещё с ходу форсировали Днепр, хотя, кстати, в самый первый день операции эти части, оставшись практически без танковой поддержки, продвижения, вообще, не имели.
Ну, и любимый наш, уважаемый всеми нами маршал Рокоссовский Константин Константинович. Его 1-й Белорусский фронт в период с 23 по 29 июня 1944 года блестяще провёл Бобруйскую наступательную операцию и именно по тому плану, авторство которого после войны не мог поделить с Жуковым. Кстати, здесь координации действий представителями ставки не было и Рокоссовский играл в одного, ничего и никого не стесняясь, да при своих потерях в семь тысяч солдат и офицеров, уничтожил у врага пятьдесят тысяч и ещё двадцать тысяч взял в плен, тогда как у соседа справа - войск 2-го Беларусского фронта потери противника составили тридцать три тысячи убитыми и всего тремя тысячами пленных. К 29 июня 1944 года частями фронта Рокоссовского сначала был окружён, а потом и освобождён полностью Бобруйск, где уничтожены основные силы 9-й немецкой полевой армии и тем самым советским солдатам открылась прямая дорога к Минску и Барановичам. Возмездие за 1941 год началось! Они нам устроили 22 июня 1941 года, а мы им за то 22 июня 1944 года. И сдаётся мне, у нас это получилось в разы мощнее и целый Мир, а в первую очередь союзники, высадившиеся, как раз, в Нормандии, но не имевшие там толком продвижения вперёд, удивился масштабам нашей сдачи. Каждый из названных городов гитлер, как у же и полюбил это делать, называл крепостью, но крепости эти пали а считанные дни, одна за другой.
А на этом, Друзья, сегодня всё, но мы обязательно ещё продолжим разговор об операции "Багратион" и в самое ближайшее время - ведь прадед мой, коего я так долго искал, был в плену у фашистов сначала в Минске, потом в Молодечно, а после освобождения снова оказался на фронте и погиб в Литве. Так как же мне обо всём этом не рассказать Вам, Друзья. Никак! Ждите! С Уважением, писатель Артём Чепкасов...
Послесловие: Друзья, по причине стационарного лечения не имею, к сожалению, возможности прикрепить к публикации хоть какой-то ряд архивных документов по операции "Багратион", а только лишь фото могу, но все они из открытых источников. Что же касается столь странного названия этой публикации "Бог рати он", то на это меня надоумили стихи русского поэта восемнадцатого века - Гаврилы Романовича Державина, который восхищался полководческим талантом Петра Багратиона. Именно Державин фамилию прославившегося при Аустрелице русского генерала Багратиона переиначил в Бог рати он. Рать! А он её Бог. И точно так же в своей песне воспевала легендарного полководца поэтесса Наталья Смоленская. И это уже в 1999 году, Друзья. Совсем недавно, при нашей жизни. Бог Рати Он. И вот сейчас я уже не о Герое Отечественной войны 1812 года Петре Ивановиче Багратионе, а о генералах - Героях Великой Отечественной войны: Рокоссовский, Черняховский, Баграмян, Захаров, Жуков, Василевский, Крылов, Ротмистров, Батов, Белов, Плиев, Бурдейный, Чистяков, Кручёнкин, Кривошеин, Вершинин и многие - многие другие. Каждый из них - Бог Рати Он, а все вместе они - "Багратион". Стратегическая наступательная операция "Багратион" - пятый Сталинский удар, повергший Мир в шок тем, как же кардинально лютые противники поменялись местами всего за каких-то три года. За сим всем Добра...