Они утверждают, что земля приобреталась в нулевых годах по «нормативной цене», установленной законным способом. А прокуратура настаивает, что реальная стоимость ценных гектаров была в 236 раз выше. Юристы тем временем подмечают другие странности громкого дела
Вокруг спора о принадлежности ценной земли в Одинцовском округе высказались обе стороны. И привели аргументы. Суть дела в том, что изначально 99 гектаров земли принадлежали санаторию для госслужащих «Барвиха», в начале нулевых территорию приватизировали, поделили на участки и продали частным лицам. Сейчас владельцами значатся экс-владелец «Уралхима» Дмитрий Мазепин, супруга ресторатора Аркадия Новикова Надежда Адвокатова, мать сооснователя Mercury Леонида Струнина Зоя Струнина и другие лица.
У Генпрокуратуры возникли претензии как раз к тем сделкам из нулевых. Спор пока идет вокруг 8 гектаров из 99. Куплены они были за 54,5 млн рублей, а прокуратура утверждает, что реальная цена этой земли — 13 млрд. И требует землю конфисковать, а там уже давно отстроены дома. Еще одна деталь, вызвавшая претензии, — это старый инвестконтракт, по которому частникам передавалась земля в Одинцовском районе, а они взамен должны были провести реконструкцию усадьбы Мейендорф. Эта реконструкция, как считает прокуратура, не была доведена до конца, ответственная компания «Кантри-Про» вместо ремонта занялась «дроблением земель» и их продажей.
Кроме того, считает ведомство, инвестпроект не имел права подписывать главный врач санатория «Барвиха», а он подписал. Адвокаты владельцев участков утверждают, что такое право было. Это момент, от которого может зависеть решение суда, считает юрист, основатель консалтинговой группы vvCube Вадим Ткаченко:
Вадим Ткаченко юрист, основатель консалтинговой группы vvCube «Самый главный момент — это кто все-таки подписывал документы на передачу земельных участков. Если будет доказано, что лицо, не уполномоченное на передачу земельных участков, подписывало данный документ, могут признать переход этого права собственности незаконным. Например, там сейчас идет спор о том, что главврач передавал. Были ли у него на это полномочия или нет, это стоит установить. И еще один важный момент, на что мало кто обращает внимание: там было достаточно большое количество гектаров на передачу этих земельных участков, но почему-то прокуратура оспаривает только часть, мотивируя это тем, что нужно расширять территорию санатория, поэтому можно оспаривать только часть земельных участков. Здесь не совсем корректно с юридической точки зрения. Если оспаривать, тогда нужно оспаривать все».
Адвокаты сейчас напоминают, что в обмен на землю в Барвихе государство получило участки в селе Знаменском, а там стоимость земли была не сильно меньше. Если конкретнее, в инвестконтракте было условие о покупке в Знаменском девяти участков площадью 5 гектаров с домами площадью 4 тысячи квадратных метров. Эти дома были куплены, оформлены в поселок, отремонтированы и переданы в управление делами президента. Таким образом защита намекает, что государство в обиде не осталось и предъявлять сейчас претензии не может. А по поводу разницы в цене на участки в 236 раз защита напоминает, что в нулевых годах, когда проводились сделки, существовал закон «О плате за землю», в котором было понятие «нормативная цена земли». По этой цене государство и продавало участки, то есть все было законно.
И такой закон действительно был, отмечает член совета директоров инвестиционной платформы Simple Estate Артем Цогоев:
Артем Цогоев член совета директоров Simple Estate «Такой закон существовал. Насколько была ниже нормативная рыночная цена? Конечно же, разница была. Соответственно, вопрос только в том, какая рыночная цена была тогда. Прокуратура рассказывает о том, что она была 13 млрд рублей, но так это или нет — вопрос. Плюс ко всему действительно был инвестконтракт, и по инвестконтракту, во-первых, были работы по реконструкции усадьбы, а во-вторых, еще предоставлены земельные участки. То есть очень сложно соглашаться с тем, что все эти земельные участки нужно вернуть государству только на основании того, что была разница в цене. Помимо разницы в цене, были еще инвестиции. И инвестконтракт — реальность того времени».
У представителя бизнесмена Мазепина, к слову, есть свое объяснение, почему спор пока идет о 8 гектарах, а не о 99. По его данным, санаторий сейчас строит новый большой корпус, а чтобы привлечь побольше клиентов на платные услуги, нужна территория для прогулок. Перспективы дела, несмотря на все разрешения, пока неясны. Старые сделки, чему уже не раз были примеры, пересмотру все-таки подлежат. И в случае успеха, считают юристы, прокуратура может заняться остальными гектарами ценной земли.