Сквозь жар и ярость, преисподней. Зловещий рыцарь рвется в ночь. Там, на верху ему свободней, Он все живое гонит прочь. Врагов он ищет и отмщение. И не найти ему покой, Лишь в мести найдет он успокоение, Потом отправится долой. Все зло земное, что осталось, Зовет и тянет, как магнит, Такая доля вот досталась, Душа навек в аду горит. И не остыть ему вовеки, Пока в миру осталось зло. Пройдет он сквозь огонь и реки, Чтоб покарать мечем его. И не дано ему понять, Идя огнем, мечем по миру, Он наплодит его опять, Придаст все большей адской силы.
Сквозь жар и ярость, преисподней.
Зловещий рыцарь рвется в ночь.
Там, на верху ему свободней,
Он все живое гонит прочь.
Врагов он ищет и отмщение.
И не найти ему покой,
Лишь в мести найдет он успокоение,
Потом отправится долой.
Все зло земное, что осталось,
Зовет и тянет, как магнит,
Такая доля вот досталась,
Душа навек в аду горит.
И не остыть ему вовеки,
Пока в миру осталось зло.
Пройдет он сквозь огонь и реки,
Чтоб покарать мечем его.
И не дано ему понять,
Идя огнем, мечем по миру,
Он наплодит его опять,
Придаст все большей адской силы.