Затратное и в целом благое дело по установке дорогостоящих надгробий авторам славных трудовых побед прошлого никому не в радость.
Новосибирская область до сих пор не закрыла свои долги перед покойными Героями Социалистического Труда. Даже вот-вот того и гляди еще больше в долги погрузится — до конца июня может вступить в силу судебное решение, по которому к этим обязательствам добавится еще полмиллиона рублей. Но так уж организована у нас забота о памяти предков, совершивших трудовые подвиги. Ни удовольствия, ни пользы от нее никому нет.
О том, как сегодня в России криво реализуется государственная политика в отношении памяти авторов трудовых подвигов СССР, «Новая Сибирь» рассказывала почти год назад. Закон № 5-ФЗ «О предоставлении социальных гарантий Героям Социалистического Труда, Героям Труда РФ и полным кавалерам ордена Трудовой Славы» ввел в оборот схему, которая привела к следующему: частный предприниматель договаривается с родственниками покойного героя, ставит на его могиле дорогое надгробие — и идет за компенсацией затрат к региональным властям. А там не согласны отдавать немалые бюджетные деньги за продукт, цену которого не согласовывали и который не принимали по акту. И предприниматель идет в суд. В итоге хорошее дело, которое могло бы поднять престиж людей труда, превращается в долгую и некрасивую судебную тяжбу.
Но даже когда все решено (всегда в пользу предпринимателя), регион не платит. Так опять же задумано: деньгам (согласно закону — федеральным) приходится проделывать очень долгий путь по счетам и казначействам, а пока они идут, наши прославленные предки переворачиваются в гробах, а госорганы попадают на дополнительные расходы. Недавно, например, ИП Сергей Оленин из Минусинска, поставивший в 2022-23 годах на кладбищах региона восемь надгробий героям за пять миллионов рублей, отсудил у минтруда региона полмиллиона рублей процентов.
И такое происходит по всей России.
Почему регионы не отдают ипэшникам деньги по доброй воле? Их смущает многое. Во-первых, цена. Она от региона к региону получается разная. В решениях судов, с которыми «Новой Сибири» удалось познакомиться, есть от 393 тыс. (Кузбасс) до 626 тыс. рублей (Новосибирская область). Вникать в смету поздно: акт приема работ уже подписали наследники героя. Функция власти — компенсировать затраты, а это обидно.
Во-вторых, параметры. Правительством РФ установлено, что плита на надгробии герою должна быть 200×90х25 см., но корреспондент «Новой Сибири» проверил лично: по факту новосибирские плиты имеют высоту 180 см., а глубину — 12-13. Но суды не считают это нарушением, потому что параметры «не превышают установленные законом размеры, что не противоречит целям закона». (В связи с этим есть рацпредложение: ребята, делайте сантиметров по 80, это тоже не противоречит, а экономия больше.)
Но бывают и другие вопросы по качеству. В Омской области, например, представитель министерства в 2021 году обратил внимание, что на надгробии фамилия не Героя Социалистического Труда Дмитрия Васильевича Бачанова, на которого выдан документ о присвоении звания, а Бочанова — как в свидетельстве о смерти. А еще на надгробии Трофима Никитича Борисова написано, что он Никитович. Но суд никаких противоречий в персональных данных не обнаружил, тем более что идентичность личностей героев подтвердили муниципалитеты своими справками. Там еще фигурировал Федор Матвеевич Дикий с «ё» вместо «е», но это тем более отклонили.
Наконец, закон гарантирует компенсацию в случае установки надгробия там, где до сих пор нет постоянного обелиска. Потом, в суде, госорган заявит: да там же уже стоял нормальный памятник, пусть недорогой, зато чистенький. Но судья его осадит: не ваше министерское дело знать — было, не было. Даже полномочий не имеете интересоваться.
Видео: Высота плиты на 20 сантиметров меньше, чем предусмотрено нормативами.
Что касается полномочий — да, так и есть. В Министерстве труда и социального развития Новосибирской области на запрос «Новой Сибири» официально ответили: орган «осуществляет свою деятельность в рамках установленных законодательством полномочий. Полномочиями по исследованию надгробий министерство не наделено».
Константин КАНТЕРОВ, «Новая Сибирь»