Найти в Дзене
Тропинка горного эха

Про древнейшие времена. Часть 2. Эпизод 2. Отвергнутый.

Антония оттащили, связали, чтобы успокоился, и втолкнули в одну из комнат, за спиной префекта. Он медленно приходил в себя. Он совершенно не помнил, что с ним было и только кусочки сознания, маленькие отдельные кусочки сознания могли хоть немного поведать о том, что он сделал. Но даже этого хватило, чтобы его чёрствая трусливая душа содрогнулась от осознания сделанного. Лучше бы он в куски порубил целый легион варваров, чем это! Его развязали и всё. Его сторонились, опускали глаза и отворачивались. Он вышел во дворик. Там у топчана в огромной луже крови лазили две женщины, вытирая эту кровь чистыми белыми покрывалами. Рядом стоял молодой человек с мёртвым лицом. Его, Антония, уже будто никто не замечал. Он пошёл к себе, гонимый каким-то не хорошим предчувствием. Придя в свою хибару, которая напоминала сарай. Ему сейчас нужно было одно, то, что он всегда себе запрещал. За первой бутылью пошла вторая – их он держал для гостей. Но алкоголь не подействовал, как он надеялся. Выйдя обратно
Из открытых источников
Из открытых источников

Антония оттащили, связали, чтобы успокоился, и втолкнули в одну из комнат, за спиной префекта. Он медленно приходил в себя. Он совершенно не помнил, что с ним было и только кусочки сознания, маленькие отдельные кусочки сознания могли хоть немного поведать о том, что он сделал. Но даже этого хватило, чтобы его чёрствая трусливая душа содрогнулась от осознания сделанного. Лучше бы он в куски порубил целый легион варваров, чем это!

Его развязали и всё. Его сторонились, опускали глаза и отворачивались. Он вышел во дворик. Там у топчана в огромной луже крови лазили две женщины, вытирая эту кровь чистыми белыми покрывалами. Рядом стоял молодой человек с мёртвым лицом. Его, Антония, уже будто никто не замечал. Он пошёл к себе, гонимый каким-то не хорошим предчувствием. Придя в свою хибару, которая напоминала сарай. Ему сейчас нужно было одно, то, что он всегда себе запрещал. За первой бутылью пошла вторая – их он держал для гостей. Но алкоголь не подействовал, как он надеялся. Выйдя обратно на улицу, он поплёлся искать лавку, где могло быть вино.

Местные шарахались от него – видимо страшная весть пробежалась уже по этому варварскому городу. В какой-то лавке хозяин без вопросов отдал всё, что у него было. Не отходя далеко от закрывшейся лавки, он припал к сосуду, жадно глотая эту жидкость. Сознание всё-таки начало уходить, вроде, как и полегчало на душе и ноги сами поплелись куда-то. Где-то рядом послышался шум, который как огонь бабочку, сразу же притянул охмелевший мозг.

Увиденное на соседней улице, мгновенно наполнило мозг не только вином, но кровью. Он уже не собирался слушать, что кричат эти люди. Среди криков, он понимал только отдельные слова – то ли шлюха, то ли блудница. Для него это было уже не важно. Он своими пьяными глазами видел только одно лицо.

Низа. Это имя, словно молния, пронзило его всего. Он дико закричал. Крик был похож и на военный клич, и на крик раненого, разъяренного зверя одновременно. Выхватывая короткий меч, он уже плохо помнил, кого и как он рубил в куски. Был только пьяный угар и туман бешенства.