Нажимаю на кнопку дверного звонка три раза подряд, потом просто держу- все бесполезно, начинаю стучать в дверь, каждый раз все сильнее и сильнее. Вижу, наконец, как тихонько начинает поворачиваться замок, дверь приоткрывается и хорошо знакомы мальчик лет пяти по имени Эдик, стоя на табурете, спрашивает: «Дяденька, а вам кого?. «Мама дома, позови скорее», парирую я быстро. «А мама в зале с дядей Лешей, она сказала, что очень занята, и чтобы я никому не открывал дверь, а я, а я...кушать хочу». Вчера Марию Дулашвили (фамилия по последнему мужу) лишили родительских прав в отношении двух младших детей. Два месяца назад она бросила полуторогодовалого Зураба у дверей квартиры своей свекрови, позвонили в звонок, и, даже не убедившись, что последняя дома, сбежала с новым любовником на такси. А свекрови действительно дома не оказалось, папа был на заработках, и Зурабик каким-то чудом остался жив- его нашла соседка в то время, когда он стоял на краю лестницы и с ним рядом крутилась какая-то большая бродячая собака. Собрал материал на «жестокое», возбудили дело, но до суда не дошло, прокуратура вернула на доследование за недостаточностью доказательной базы, но родительских прав родителей все- таки лишили, а детей отправили в приют для сирот «Надежда». А что же папа, который все время на заработках. У этого папы по имени Мизари были золотые руки, он занимался резьбой по дереву и имел весьма состоятельных клиентов, но также имел золоте горло, в котором пропадало все заработанное. Он пришел в отделение с жуткого похмелья, вначале, начал качать права, потом поутих, а потом выяснили, что за ним тянется шлейф всякого интересного, убежать не успел, хотя порывался, был сразу задержан и отправился отдыхать. «Привет, Саныч, а я хотела тебя поблагодарить за вчерашнюю комиссию, вот теперь мне все попроще стало, а то с четырьмя детьми никак справится не могу», -промычала Машка-стервозина из-под мужика. Сама есть блоха, посмотреть не на что, а ухажеров меняла, как перчатки. Я еле сдерживался, чтобы не засветить этой ненормальной. В моей голове не укладывалось, как так можно жить. «Собирайся, пойдем в отделение, а в начале акт составлю обследования ЖБУ», сказал я. «Да пиши, мне все равно, да, Леш, а мы пока почмокаемся», безо всякого стыда парировала Машка. «Ты, дура, ребенка, когда последний раз кормила?, не выдержал я, «Сейчас я тебя и твоего ухажера чмокну пару раз по одному месту, а потом в камеру». Дура-дурой, а законы знала, и что насильно ее забрать и посадить в камеру я не имею оснований. В самом худшем случае составлю протокол и отправлю на комиссию, а там надо вновь доказывать злостность, а это, как минимум, три протокола и куча документов, а результат в виде лишения родительских прав для нее и ей подобных – это самый лучший подарок. Прошло полгода, материал был собран, а по первому эпизоду мне удалось найти свидетелей, которые подтвердили, что жизнь маленького Зураба была действительно в опасности. Из зала КДН, где было принято решение об очередном лишении, ее отпустили домой. Через неделю она приехала на суд со своим новым другом Лешей вся накрашенная, расфуфыренная и принесла справку, что в очередной раз беременна. По решению суда получила условный срок....