Автор Сергей Солодовник
Альтернативный сценарий — БухССР в составе Союза
Про доступ к хлебу, как источнику жизни, при нарезке территорий в Средней Азии мы говорили. Конечно же, к хлебной территории была нагрузка.
Поэтому все республики вместе с нарезкой от ферганской лепёшки, тандыр-нан, стали обязаны своей квотой хлопка. В общесоюзный котёл. И на текстильные фабрики средней полосы России. И на пороховые заводы по всей бывшей империи, ставшей СССР.
А если бы не рокировочка с нарезкой территорий? Вспомним экономическую основу Бухарского эмирата до Первой мировой войны. Хлопок стал давить зерно — его стало выгоднее сажать. Крупнейшие землевладельцы, и прежде всего сам эмир и его окружение, вытеснили из посевов продукты питания.
Кушать без экономических обменов, хоть с Ферганой, хоть с коренной Россией, стало почти нечего. Нет, купить на базаре можно было всё. Но цены выросли неимоверно, а заработки от хлопка для обрабатывающих поля декхан землевладельцы заботливо сохранили на уровне выращивания зерна.
А для остававшихся мелких частных наделов стало резко не хватать воды для полива. Всё отбирал хлопок. Вот такая формула феодального землевладения, с практической монополией на воду.
Не случайно в 1916— 1917 годах, ещё имперское правительство спешно чеканило билонное серебро номиналом 10, 15 и 20 копеек — для индивидуальной подённой оплаты хлопкоробов Туркестана.
Иначе народ сбегал от бескормицы хлопковых полей и пытался прокормиться с мелких, неурожайных, но хоть каких-то делянок.
Что было бы в советский период? Без построенных позже, в 1930-х годах оросительных каналов? Нужно было бы вводить жесточайший контроль над бартерными по сути операциями: из Ферганы — хлеб, из Бухары — хлопок, из России в оба адреса — лес, железо и керосин.
А так все республики — на вполне пристойном обеспечении продовольствием. Обмен — преимущественно с центром Союза, с РСФСР. Всё под контролем.
Эпилог по Бухаре: потеряли сартов?
В ходе размежевания территории Средней Азии по республикам, передавались территории. Но не было переселения народов. Многие этнические группы, конечно же, мигрировали.
Некоторые — поближе к родственным этносам. Другие — такие, как индусы — зарубеж. Красные не преследовали выходцев из Индии, их весьма привечали, как пострадавших от британского колониализма. И вели среди них вербовочную работу, на вырост, в британских колониях.
Проблема оказалась другой. Вот почти все знают о существовании бухарских евреев. Но занимались они не ростовщичеством, как некоторые евреи в Малороссии и Белоруссии, за чертой оседлости при царях. Бухарские евреи были ремесленниками и торговцами. А вот нишу ростовщиков в Бухаре занимали преимущественно индусы.
И лихва в 50% годовых считалась в их практике благотворительностью. Вот и не стало индусов-заминдари. Как только исчезла их крыша в лице эмира.
Но это этнографические подробности. А вот сарты, по всем дореволюционным энциклопедиям, представляли собой оседлое коренное население Бухары, Хорезма и Ферганской долины.
Сартов никто не переселял. Но как только началось размежевание по республикам, с названиями по титульным нациям, то перед каждым декханином или мещанином в городе был поставлен вопрос: кем ты лично с семьёй записываться будешь?
В паспорте, при переписи, в личном деле, в будущем колхозе.
И несколько миллионов сартов стали либо узбеками, либо таджиками, либо туркменами. Собственно, и в бывшем Туркестанском генерал-губернаторстве было так же.
Две вещи интересны и сегодня. Первая — антропологи начала ХХ века отмечали, что сарты круглоголовы, в отличие от рядом живущих горцев, говорящих на том же языке.
И второй момент. До сих пор казахи и кыргызы, если хотят оскорбить узбеков-таджиков, называют их сартами. Первый раз лично слышал сам, на Тихоокеанском флоте, во Владивостоке.
В 1984 году, летом, на построении личного состава в/ч 31160, бухта Малый Улисс, в учебном центре бригады подводных лодок. Главный корабельный старшина, казах, после малого флотского матерного загиба на великорусском языке, резюмировал самым оскорбительным словом в адрес первогодка-узбека.
Тема сартов в политике была поднята в ходе анализа вооружённого восстания в Андижане, в мае 2005 года. Некоторые исследователи обращали внимание на нетипичную религиозность организаторов мятежа. И связывали это именно с традициями городских сартов.
Ну, это могли быть и домыслы. Равно как и попытки проследить практику сожительства нетипичных последователей ислама с мальчиками — бача-бази.
Кстати, эмир Бухарский такую практику пресекал. На своей подвластной территории. Отметим, что в Афганистане ещё в первое правление талибов были введены жёсткие наказания за практику пользования бачи-бази, противную Корану.
Ни в коем случае нельзя утверждать, что где сарты, там и пользование мальчиков. Но дореволюционные данные из энциклопедий, презрение со стороны кочевых народов Центральной Азии, попытки связать кровавое восстание с практикой извращенного ислама…
Может, и правы были большевики: лучше записываться узбеком или таджиком, но не сартом?