Актёр и музыкант Пётр Мамонов никогда не боялся рассказать о себе такое, о чём обычно говорить вслух не принято.
Пётр Мамонов:
Мы как-то с товарищем поехали на Афон. И там было много народу. Греки такой шумный народ. Торговый народ. И я сел в стороночке и стал наблюдать за тем, кто из людей хуже меня. И я понял, что хуже меня нет человека. Просто нет.
Мы там были с одним монахом, и я ему рассказал о своих наблюдениях — что хуже меня никого нет. И он сказал, что это начало спасения. Я, говорит, не удивлюсь, если кто воскрешает мёртвых или ходит по водам. Я удивлюсь, если кто видит грехи свои.
На Афоне мне было очень хорошо. И я увидел всю свою мерзость. Что я вообще не достоин ничего. Даже жить. Не то, чтобы сидеть на Афоне...
Блаженны нищие духом. Недаром это первая евангельская заповедь. Когда ты видишь, что у тебя ничего нет. Ну, просто ничего. Вот я вроде известный человек — Пётр Николаевич Мамонов. Но у меня ничего нет...
Я стараюсь поменьше размышлять и побольше делать. Если уж говорить о себе начистоту, я считаю, что я — клоун. В цирке это самая почётная профессия. Достаточно вспомнить нашего великого клоуна Юрия Никулина.
Когда его хоронили, то гроб с его телом несли на руках. Передавали по рукам. И всё автодвижение в центре Москвы было остановлено...
В своём творчестве я люблю смешивать различные жанры, создаю какие-то свои странные, как у Винни-Пуха, кричалки, ворчалки, бурчалки... Из разных кусочков, как из кубиков, что-то складываю.
Рок-сцена — это почти исповедальное искусство. Рок-музыкантов отличает большая степень искренности...
Приходится ежедневно и ежечасно следить за собой, искоренять ту гадость, которая накопилась за всю твою жизнь. Это очень важно делать, особенно если ты являешься публичным человеком. Почему?
Потому что есть такой закон: дух творит себе формы. Какой ты есть человек, таким ты будешь и на сцене. Ты будешь на сцене искренним, правдивым или же— нечестным, гадким и тёмным. Плохой человек не может быть хорошим писателем.
Поэтому приходится работать над своей личностью. Мелкими шагами, но всё время. Ежедневно делать какие-то маленькие дела. Господь велит нам совершать добрые дела. Когда мы для кого-то что-то делаем, то мы совершаем это для Господа.
Когда я направляюсь к сцене, то обязательно обращаюсь к Господу: «Господи, помоги сделать работу во славу Твою и людям на утешение». И Господь даёт силы. Мне много лет, но я полон сил, идей, замыслов...
Когда меня спрашивают, хотел бы я, чтобы мне поставили памятник, я отвечаю, что это — не моё дело. Я памятник себе воздвиг нерукотворный, сказал нам поэт. Памятник должен быть не из камня и не из бронзы. Наш памятник — это сколько мы сделали добра...
Мы не видим воздух, которым мы дышим. А если воздуха не будет, то мы умрём. Мы не видим радиацию, не видим электрический ток. Но если сунуть палец в розетку, то нас так тряханёт...
Так же и Бог. Мы Его не видим, но Он всё время есть. Бог есть всюду. Как воздух. И я стал потихоньку это понимать. И сейчас я вижу, что вся моя жизнь — это был путь к Богу. К этому Свету...
Бог — как солнышко. Даже если ты сидишь в темноте, солнышко всё равно светит. Так не лучше ли выйти на улицу, чем сидеть в мрачном сыром подвале. Ведь с солнышком жить лучше, чем в темноте.
Ещё статья: Пётр Мамонов: «В Евангелии всё давно рассказано»
Ещё статьи о Петре Мамонове: здесь.
Друзья, если было полезно, ставьте палец вверх. Подписывайтесь на канал. Будет над чем подумать! Все статьи канала здесь смотри в себя.