Прошёл Петербургский экономический форум во всём блеске панелей, изречений, изысканных костюмов, блистательных переговоров, упоительных банкетов. Города будущего, зелёная энергетика, безотходное производство, трансконтинентальные коридоры, экономический, политический и культурный бомонд.
В это время в окопах Донбасса снаряды рвали солдат на части. Кассетные заряды множили раненых с обрубками рук и ног. Усталые мотострелки отбивали контратаки врага. Зенитчики сражались с тучами беспилотников. Штурмовики бились за раздолбанные высотки. А Белгород, ещё недавно рай земной, содрогался от взрывов.
На третий год войны по-прежнему существуют две России: Россия воюющая и Россия ликующая. Границы, разделяющие их, сдвигаются. Беженцы приносят гарь Белгорода в Москву и Питер. На уральских и сибирских погостах появляются аллеи павших героев. Оборонные заводы в тылу работают в три смены. Эшелоны с танками проходят мимо мирных городков и посёлков. Неизбежно время, когда России воюющая и ликующая сольются и превратятся в Россию, готовую на смертный бой.
НАТО разработало уникальную стратегию. Оно воюет с Россией, убивает её солдат, бомбит её города, само же остаётся вне русских ударов. Запад направляет на Украину дальнобойные сверхточные ракеты, эскадрильи сверхновых штурмовиков, развешивает над Россией люстры спутников-шпионов, а сам пребывает в безопасности, упивается своим благополучием, тешит себя безнаказанностью. Может показаться, что эту изнурительную для России стратегию питает вера Запада в его неуязвимость, в робость российской власти, которая не решится на удар по натовским центрам. Россия, пережив в 1991 году сокрушительное поражение, признав его, испытывает перед Западом глубинный страх, робость, видя в НАТО несокрушимую могучую силу, неодолимую в случае войны. Этот миф о российской робости питает агрессию НАТО, и эта агрессия будет расти, обретая всё новые и новые формы.
Оживают заложенные в российском обществе украинские боевые ячейки. Исламские радикалы, управляемые спецслужбами Запада, готовят террористические атаки, подобные кровавому "Крокусу". Но миф о российской робости иллюзорен. Россия демонстрирует Западу, что у неё уже нет былой робости перед дивизиями НАТО. С русских ядерных пушек сброшены чехлы. Русские ядерные бомбардировщики и подводные лодки перестают быть оружием устрашения и становятся оружием ядерного удара.
Как только Запад поймёт, что русской робости нет и в помине, русское терпение на пределе, что красные линии, о которых говорят дипломаты, проходят по красным кнопкам атомных пусковых установок, по заплаканным лицам русских вдов, по горящим Курску и Севастополю, как только первая русская ракета упадёт на аэродром Румынии или Польши, превратив в труху эскадрильи Ф-16, Запад сядет на стол переговоров с Россией. Тема переговоров тлеет в умах мировых политиков. Переговоры уже ведутся тихо, шёпотом, в третьих странах, где встречаются друг с другом разведчики, осторожные, любезные, с холодными огоньками в глазах.
Что случится раньше: переговоры или обстрелы аэродромов НАТО? Русские дальнобойные ракеты окажутся в подразделениях хуситов и ХАМАС, или в Эль-Рияд съедутся дипломаты России, Украины и Запада, и начнутся переговоры с их открытой и закрытой частью, проектами явных договорённостей и секретных протоколов? Куда, в какое русло хлынет мировая история?
Пальцы одних, холёные, в перстнях, сжимают ножки хрустальных бокалов. Пальцы других, в мозолях и копоти, лежат на спусковых крючках.
Но есть перст Божий, перст указующий, вычерчивающий траекторию крылатой ракеты.
Стоял зелёный тополёк,
Колеблем ветром.
Наш полк под Харьковом полёг
И стал Бессмертным.