1664-1715 годы
Франция
Как отмечают источники, именно в 1664 году король Франции Людовик XIV (правил в 1643-1715 гг.) стал рабом (другого слова здесь не подберёшь) этикета.
Как отмечает один из современников короля Людовика: «этикет сковывает все минуты его (короля) жизни: никогда еще не видели при дворе таких разнообразных церемоний».
Король всегда вставал с постели в одно и то же время. А если королю случалось крайне редко подняться раньше и выйти пройтись, то он старался сделать это незаметно от окружающих, чтобы не нарушить права лиц, присутствующих при церемонии его вставания по утрам. И после прогулки к их появлению вновь оказывался в своей постели, чтобы не нарушать этикет вставания с постели.
Церемония вставания с постели заключалась в следующем.
Когда король поднимался с постели, обер-камергер обязан был подать королю халат, который поддерживался первым камердинером. Штаны король мог надеть самостоятельно, но один из высших сановников государства, из числа обязанных присутствовать при одевании короля, должен застегнуть подвязки.
Затем. Когда королю подают рубашку, первый камердинер предлагает правый рукав, а первый служитель гардероба - левый.
Высшие сановники государства обязаны присутствовать в момент надевания королем рубашки. Тот, кто в течение трёх дней подряд не присутствует при одевании королем рубашки, рискует попасть в немилость у короля.
В обязанность галстучника входит поправлять воротник короля, гардеробмейстер повязывает королю галстук. Если же галстучник находит, что галстук на короля повязан недостаточно умело, он может перевязать галстук короля. Но последнее делается лишь после того, как из спальни короля удалились высшие сановники государства.
И так всю жизнь. Подъем в одно и то же время. Одевание в присутствии одних и тех же лиц. И если король Людовик никогда ни пытался что-либо поменять в церемонии вставания и одевания, то его супруга Мария Терезия этим этикетом возмущалась и неоднократно требовала от своего супруга изменить эти правила церемонии вставания с постели (правда безуспешно).
Особенно возмущало Марию Терезию то, что она должна была, вставая с постели одеваться в присутствии мужчины, своего портного*.
Когда королева вставала с постели, то первая камеристка подавала королеве чулки. Чтобы надеть чулки, и дать камеристке их подвязать королеве приходилось обнажать ноги. Подобный обычай злил Марию Терезию и она каждый раз, когда надо было надеть чулки, поворачивалась спиной к присутствующим. После надевания чулок, гофмейстерша подавала королеве рубашку и юбку, которые брала у первой камеристки.
Возмущало Марию Терезию также то, что зашнуровывать её одежду (особенно корсет на груди) обязан был мужчина: её портной или служитель её гардероба. В ответ на предложение королевы отменить данное правило, последовал ответ короля, что он не вправе лишать своих слуг столь хорошо оплачиваемых должностей.
Причёсывать королеву – эта обязанность (согласно этикету) была возложена на первую камеристку, но в отдельных случаях её могла подменять статс-дама.
И если король и королева не могли поменять этикет, чтобы не пострадали их служители, то последние могли своё присутствие подменять своими подчинёнными, чтобы отдохнуть от утомительных однообразных обязанностей.
(Источник: Тушар-Лафосс)
* женщин-портных в то время ещё не знали. Портняжное искусство считалось привилегией мужчин, что давало возможность некоторым любовникам проникать в апартаменты к своим возлюбленным переодевшись портным.