— Встать, суд идет! Сегодня рассматривается дело об убийстве четырнадцати человек. Обвиняется Ральф Шоптауэр, — усталый пожилой судья вопросительно посмотрел на подсудимого, — честно говоря, для меня это было шоком. Гроссмейстер мирового класса и стал серийным убийцей. Обвиняемый, признаете ли вы свою вину?
— Это были не обычные четырнадцать человек. Они все были местными учеными, докторами наук, а на деле – обычными тупицами и рохлями. Человек живого острого ума уже после четвертого убийства догадался бы, что все происходящее – вызов. К сожалению, никто не понял, даже обидно немного, пришлось эндшпиль начать на полгода раньше. Продолжайте, судья, ваш ход.
— Присяжные, все зафиксировали факт признания вины у подсудимого? Ральф, еще двадцать минут, и вам будет вынесен приговор. Минимум три пожизненных срока вам обеспечено.
Подсудимый встал, улыбнулся присяжным и сказал:
— Если бы мы с вами сейчас играли в шахматы, то вы бы думали, что победили: король, то есть я, пойман, и нет ни малейшей возможности что-то предпринять. Но вы бы ошиблись. Королю в шахматах не нужно ходить. За него все делают остальные. Сейчас я хлопну в ладоши и будет первый ход. Хлопну в ладоши второй раз, и будет второй ход, за ним третий и, наконец, «Эндшпиль». Можно сказать, «детский мат» вам, судья.
— Попробуете бежать, и мы применим силу!
— Физическая сила ничто в сравнении с силой разума. Один из охранников уже заблокировал двери, если он этого не сделает – умрет вся его семья. Так же зависим от меня и один из присяжных. А теперь приступим к «Эндшпилю».
Обвиняемый хлопнул в ладоши. Через пару секунд сработала система пожаротушения, и находящиеся в зале суда поняли, что вместо воды льется бензин. Толпу волной накрыла паника.
— Никому не делать лишних движений, не создавайте искру! – испуганный судья смотрел, как народ начал давить друг друга в проходе, пытаясь выломать двери. Люди кричали без остановки.
Обвиняемый хлопнул второй раз. Один из присяжных достал трясущимися руками зажигалку из кармана.
— А вот и «Эндшпиль»! Шах и мат, судья! – обвиняемый хлопнул третий раз, и присяжный щелкнул зажигалкой.