Марциа́льные Воды (ранее - деревня Дворцы) - бальнеологический курорт в Кондопожском районе Карелии, в 55 км от Петрозаводска.
История гласит, что в 1714 году кончезерский "молотовой работник" к тому времени сам уже молотом махать не мог - "скорбел сердечною болезнью", нашёл в лесу источник, пил из него три дня и полностью исцелился.
О чудесном выздоровлении Иван рассказал управляющему завода, а тот в свою очередь - олонецкому коменданту В. Геннину, который, зная об указе царя, написал об источнике своему непосредственному начальнику - адмиралу Ф. Апраксину…
В общем, дошло до царя…
В 1717 году в эти края съездил Лаврентий Блументрост (впоследствии первый президент Петербургской Академии наук), который сделав химический анализ воды, зело хвалил её.
Из-за повышенного содержания в воде железа Лаврентий назвал её "марциальной" (в честь бога войны и железа Марса).
Кстати, воду лучше пить через соломинку - железо может окрасить зубную эмаль (придётся усердно чистить зубы).
В феврале 1718 Пётр собрался было отправиться на лечение и к его приезду, прямо на болоте недалеко от источника было выстроено деревянное здание (Дворец).
Однако Пётр I приехал только в январе 1719 года.
Об этом рассказывает экспозиция местного Музея…
Всего Пётр I приезжал на лечение четыре раза.
По всей видимости, по одному источнику за приезд (всего их на курорте четыре).
Перед третьим приездом, в 1721 году по проекту Петра I была построена церковь Святого апостола Петра. Вот так она выглядит в наши дни…
В середине XIX века рядом с храмом построили домик для смотрителя, где сейчас располагается филиал Национального музея Карелии.
Современная история подарила курорту два санатория: В феврале 1964 года был открыт "Марциальные воды", а в 2003 году – санаторий "Дворцы" (на фото)…
А также – сувенирную лавку и харчевню "Петровская"…
Вот и вся инфраструктура курорта Марциальные воды.
Послесловие
К слову сказать, во время второго приезда царя в 1720 году, Иван Рябоев таки достал царя тем, что именно он "открыл курорт".
И чтобы тот отстал, Пётр дал ему три рубля и обельную грамоту, освободив "молотового работника" и его потомство от всех податей.