Эта прекрасная работа, созданная в середине долгой карьеры французского художника Никола де Ларжильера (1656-1746), была представлена на выставке 1902 года в Ратуше в Лондоне под названием «Мадам Ламбер де Ториньи».
В рукописной записке, которая была предоставлена Метрополитен-музею фирмой Gimpel & Wildenstein в 1903 году, когда картина была приобретена музеем, указано, что моделью для картины является Элен Ламберт де Ториньи.
Элен, сестра Клода Жана-Батиста Ламбера де Ториньи, вышла замуж за Франсуа Мари де Мотвиль. С её портрета кисти Ларжильера сохранилась гравюра работы Пьера Древе (рис. внизу). Кажется, что работа похожа по стилю и формату и датирована примерно той же датой, что и наша картина, но на ней изображена другая натурщица.
Во втором уже машинописном тексте, датированном до 1905 года, упоминается уже другая дама — Мария Маргарита Бонтан, родившаяся в 1668 году, которая вышла замуж 9 июня 1682 года в возрасте четырнадцати лет за Клода Жана-Батиста Ламбера де Ториньи. Она умерла в 1700 году, её муж — в 1702 или 1703 году. Подробности жизни Марии Маргариты были взяты из биографии, опубликованной Огюстеном Жалем в 1872 году.
И именно вторая идентификация кажется многообещающей.
Связь Ларжильера с богатой и могущественной семьей Ламбер де Ториньи подтверждена документально, а о важности, которую он придавал полученным от них заказам, свидетельствует тот факт, что художник выставил три портрета членов семьи в Салоне 1699 года.
Натурщиками были Никола Ламбер де Ториньи, президент Счетной палаты, умерший в 1692 году. Его жена, урожденная Мария де л'Обепин, умершая в 1677/79 году; и их племянник Никола (ум. 1729).
Сохранились гравюры с портретами супругов (рис. внизу).
Мария Маргарита была женой Клода Жан-Батиста и свояченицей Элен и могла быть натурщицей для данного портрета. Но у картины нет никакой особо истории, и утверждать это с уверенностью нельзя.
Семья пережила еще одно поколение, когда в середине XVIII века умер последний представитель мужского пола и она разорилась. Возможно, именно этим объясняется то, что большинство портретов Ламбера де Ториньи были утеряны, пропали без вести или неправильно идентифицированы.
Полотно отличается воздушностью, яркостью и открытостью, что необычно для Ларжильера.
Но для него характерна тонкая проработка украшений и вышивка на платье натурщицы.
Талант художника к натюрмортам в полной мере демонстрируют цветущие виноградные лозы, возможно, жимолость, и бледно-розовые маки с их слабыми стеблями и мягкими серыми листьями.
Ярко раскрашенный попугай уселся на чаше настенного фонтана.
Ларжильер редко подписывал и датировал свои работы, но когда он это делал, подпись, как здесь, была аккуратно прорисована и бросалась в глаза.
Если это Мария Маргарита Ламберт де Ториньи, то ей на момент написания картины было бы двадцать восемь лет, и она была бы матерью двоих сыновей.