7 июня в Свято-Елисаветинском монастыре в Бухендорфе, что под Мюнхеном, отметили день рождения настоятельницы матушки Марии (Сидиропуло) и проводили в путь всея земли скоропостижно отошедшую в свои 45 инокиню Тавифу, – она из России, здесь некогда жила на Истре. Падал град, шел снег, внезапно поднялся ветер, – так и природа участвовала в скорби, чтобы потом вновь блеснуть лучом: Христос воскресе! И весна, и Пасха вернулись. Дай Бог встретиться в пакибытии.
Помню, как гостила в Бухендорфе. Это монастырь, где можно молчать. Это монастырь, где молчится. И душа уже может слушаться. Иначе нельзя. По-другому она просто не живет. Этот дар жизни ощущается здесь постоянно. Душа немеет перед этой тайной. И готова только внимать.
– Поедешь в Альпы? – ...подвернулась попутная машина ...Больного ребенка везут в высокогорную клинику...
Потом уже, скорее по долгу журналиста узнаю, что те, кто приезжают в Мюнхен на лечение из России, останавливаются обычно здесь, в монастыре. А сейчас мне задает вопрос игумения монастыря матушка Мария... После опыта молчания не сразу включаешься в жизнь, когда надо говорить...
«Разве Альпы ближе к Небесам?»
***
Как это Небо монашеского тайноговорения – науки молчать – оказалось на здешней земле, все-таки рассказала игумения обители матушка Мария (Сидиропуло).
Благословил создание обители Архиепископ Берлинско-Германский и Великобританский Марк (Арндт). Про него говорят: «Он прежде всего монах, потом уже – Архиерей».
ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ВСТРЕТИТ НАСТОЯЩЕГО МОНАХА, ЕМУ ЗАХОЧЕТСЯ СТАТЬ МОНАХОМ. 100%-НО.
Еще 10 лет назад всех ищущих иночества сестер Владыка отправлял или в соседнюю Францию или на Святую землю – там у Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) две женских обители: Спасо-Вознесенская на Елеоне и Гефсиманская с известным храмом святой Марии Магдалины, где покоятся мощи преподобномученицы Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары. В самой Германии не было ни одного женского православного монастыря, пока будущая игумения Мария, тогда еще сестра Марфа, не озадачила управляющего епархией вопросом:
– Владыка, а может быть, можно и здесь подвизаться?
Ищите, и обрящете (Мф. 7:7).
Владыка Марк ответил:
– Да.
Некоторое время сестричество существовало при Кафедральном соборе новомучеников и исповедников российских и святителя Николая в Мюнхене.
Жили сестры на съемной квартире. Все-таки было сложно: всюду светские люди... Хотелось монастырской ограды, пусть и не крепостных стен, как это принято в русских цитаделях-монастырях.
Раз в неделю владыка Марк благословил сестер приезжать на службы в мужской монастырь преподобного Иова Почаевского, где он является Настоятелем. Монастырь был создан русскими монахами-эмигрантами в одном из районов Мюнхена Оберменцинг около 70 лет назад. Стоило ступить за врата обители, как сразу расправлялась душа. «Здесь настоящий монастырь». А потом сестры целую неделю ждали новой возможности снова приехать сюда. Им приходилось вставать раньше 3-х часов, чтобы к 4-м утра уже быть на службе. Они очень полюбили здешние монастырские Богослужения.
Иногда мысль приходит внезапно и побуждает к действию.
– А почему мы ни разу еще не просили у Вас благословения найти землю под монастырь, чтобы основать женскую обитель здесь, в Германии? – спросила будущая игумения у Владыки.
Когда шла к нему с этим вопрошанием, ветер, говорит, под пятками был. Владыка Марк благословил: искать. «Но только не далее 80 км от Мюнхена, чтобы можно было вас окормлять», – пояснил своим быстро бегающим «овечкам». «Где-нибудь на кладбище смотрите... – наставлял. – Церковь какую-нибудь».
Сестры стали присматриваться к заброшенным фермам. Денег не было ни копейки... Как вдруг случайно нашлось огромное заброшенное здание «Английского дома» одного католического монастыря. Здание сняли в аренду.
1 ноября 2005 года сестры впервые приехали в Бухендорф с владыкой Марком и группой помощников. Когда собрались разместиться для обсуждения плана работ оказалось, что здесь даже не на что сесть. От прежних хозяев здесь остался только один стул, помятая сковородка и очки какой-то католической монахини. Спать приходилось поначалу на полу пустых комнат в спальных мешках. Позже сестрам передадут мебель и бытовую утварь от другого закрывшегося католического монастыря. Но это уже хлопоты обустройства...
А тогда в день памяти Небесной покровительницы решили отслужить молебен. Будущая игумения вспомнила, что накануне ей подарили икону преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерских. Так с молитвой перед образом основателей русского монашества зародилась первая на немецкой земле православная женская обитель.
Сразу же при открытии в обитель собралось 8 сестер. Есть среди них коренные немки, которые хорошо говорят по-русски, а двое из них читают и поют на церковно-славянском и даже руководят клиросом; есть немки из России, русская сестра, которая проживала в Латвии, есть латышка, сербка, гречанка из России, сама матушка-игумения – тоже гречанка, до ухода в монастырь проживавшая в Штутгарте, в Германии.
Каждый день ритмичное било будит сестер в пол 4-го утра. В 4:00 начинается Богослужение, но прежде, по слову владыки Марка, который является духовником обители, надо подготовить душу поклонами и келейной Иисусовой молитвой, чтобы с настроем не разлучаться с ней уже целый день пойти в храм.
Служба длится до 7:00, за нею следует утренняя трапеза, которая тоже является продолжением Богослужения, – традиционно в это время вслух читаются жития и святоотеческие творения.
ДУШИ НАПИТЫВАЮТСЯ СЛОВАМИ ЕВАНГЕЛИЯ И МОЛИТВ, ОБРАЗАМИ ДЛЯ ПОДРАЖАНИЯ.
Однажды подвижников на Афоне, по 7-8 часов находящихся в храме, спросили:
– Да что вы там так долго делаете?
– Как что? – удивились они. – Питаемся!
Церковь-Мать – утроба, рождающая в вечность.
НОВОНАЧАЛЬНОМУ НАДО ОБРАТИТЬСЯ В МЛАДЕНЦА. «ГОСПОДИ! ВОТ Я ТОЛЬКО ЧТО РОДИЛАСЬ, ДЕЛАЙ СО МНОЙ, ЧТО ХОЧЕШЬ! НЕ ПОНИМАЮ НИЧЕГО!»
Это очень полезно, отмечает матушка Мария, хотя бы в первые годы иночества. Стать буем (то есть безумным) для мира сего (1 Кор. 3:18). Считать себя ни за что. Вообще ни о чем не рассуждать. Дьявол стучится в ум, а ему никто не открывает. Помыслы отсекать, от этого нагромождения мыслей, гиперстимулируемых информационной перегруженностью, освободиться! Монаху эта роскошь нищеты духовной предоставляется в послушании...
После Богослужения и трапезы начинаются послушания по монастырю...
В любом тексте о монастырской жизни от слова «послушание» начинает пестрить.
ПОСЛУШАНИЕ – ЭТО И ВНУТРЕННЕЕ ДЕЛАНИЕ И ЦЕЛЬ МОНАХА: ВСЛУШИВАНИЕ В СЕРДЦЕ СВОЕМ В ГОЛОС ХРИСТА.
А чтобы услышать этот Голос, надо Господа призвать. Произношение Иисусовой молитвы: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного, – святитель Игнатий (Брянчанинов) вменял творить с крайней неспешностью: сказал и внимаешь, сосредотачиваешь ум. Хотя старец Иосиф Исихаст неопытным советовал, наоборот, вопиять так, чтобы не успел вмешаться бес.
Послушание – это и в хорошем смысле слова угождение в духовной жизни духовнику и игумении своим духовным преуспеянием, а не только и не столько ревностным выполнением порученных дел.
Хотя и послушание внешнее также необходимо.
АККУРАТНЫЙ В ЗАНЯТИЯХ, СОБРАН ВНУТРИ. МОНАХАМ ПО АНГЕЛЬСКОМУ ЧИНУ ПОЛОЖЕНО «ЛЕТАТЬ»: ДЕЛАТЬ ВСЕ БЫСТРО И БЕСПРЕКОСЛОВНО.
Поэтому все работы в монастыре тоже называются «послушаниями».
НАДО ПЕРЕСТАТЬ НАДЕЯТЬСЯ НА СЕБЯ: ОТ НАС ТОЛЬКО УСИЛИЯ И ТРУДЫ – РЕЗУЛЬТАТ ОТ БОГА.
А посему еще есть послушание Уставу монастыря. Например, сестрам мюнхенской обители надо успеть все свои послушания завершить ровно к полудню, а не к 12:05. Это тоже помогает распрощаться с собственными мудрованиями.
Однако при всей разности, которую необходимо учитывать, чтобы не путать одно с другим: внешнюю исполнительность с работой души, – опыт жизни в монастыре настолько целен, что здесь действительно все сводится одно к одному.
С 12:00 до 13:45 в обители тихий час. Обычно сестры спят, если не спится, можно почитать святых отцов. «Но в это время обязательно надо бы находиться… – матушка Мария подбирает слово по-русски, и выдает фразой: – в горизонтальном положении. Мы обсуждали это с врачами, это важно для тех, кто рано встает». А я радуюсь, что здесь учитывают и такие человеческие аспекты.
ТЕЛО – ОСЛИК, НА КОТОРОЙ МЫ ЕДЕМ – БОГ ДАСТ – ДО ЦАРСТВИЯ НЕБЕСНОГО. ОСЛИКА И ПОГОНЯТЬ НАДО, НО ЕСЛИ ЗАГОНИШЬ – ТО ВЕДЬ И НЕ ДОЕХАТЬ МОЖНО.
Потом – общий чай, за которым обычно можно обсудить какие-то текущие вопросы. После снова два часа – послушания, которые опять же надо вовремя завершить. Игумения, по благословению Владыки, строго за этим следит, иногда матушка Мария сама себя называет «полицейским». Хотя нашу московскую игумению Иулианию (Каледу), настоятельницу Анна-Зачатьевского монастыря на Остоженке, за такое бдение над душами именовала «мудрой пчелой».
Как бы то ни было, но с 16:00 до 18:00 сестры должны находиться в келиях. Это время келейного правила, – молитвы по четкам с поклонами и душеполезного чтения, – его особенности духовником обители владыкой Марком определяются индивидуально для каждой сестры.
В 18:00 начинается вечернее Богослужение.
Каждую неделю, преимущественно с четверга на пятницу, несмотря на всю свою занятость, владыка Марк приезжает в обитель. Исповедует, наставляет сестер. Любой грех – это всегда отклонение, душа чувствует себя неуютно, страдает. Владыка как духовник старается правильно выстроить путь к Богу каждой сестры. Если душа сбилась с рельсов, надо исправить.
ЛЮБАЯ ВНУТРЕННЯЯ ТЯЖЕСТЬ, СТРАДАНИЕ НЕЕСТЕСТВЕННЫ ДЛЯ ДУШИ.
Матушка Мария как игумения видит изменения сестер после исповеди. Иногда это заметно даже внешне. Владыка Марк прям и строг, не терпит лицеприятия: «Пришел в монастырь спасаться, хочешь – спасайся!»
Для этого здесь созданы все условия. Запрет внешний – благо для внутренней свободы души. Может быть даже резок для твоей же пользы. «Душа должна в обители расти, – говорит матушка Мария, – не просто сестре должно здесь нравится пребывать».
Сестрам благословляется Причащаться по уставу Василия Великого четыре раза в неделю: воскресение, среда, пятница, суббота. Если не во все дни, то дважды-трижды на недели Причащается каждая сестра.
Все до единого утренние и вечерние Богослужения сестры и паломницы обители неопустительно посещают. Обязательно присутствие на всех совместных молитвах. Например, на Повечерии – это последняя служба дневного цикла. Начинается оно около 20:00 после вечерней трапезы, на которую насельницы отлучаются из храма после завершения вечернего Богослужения около 19:00.
В конце все благословляются у настоятельницы обители. Испрашивают прощения друг у друга во исполнение слов Господа: «Солнце да не зайдет во гневе вашем» (Еф. 4:26). В монастыре, конечно, не место для скандалов и ссор. Но сердце монахини, как листик сусального золота, чутко к каждому движению души. Слова прощения – последние, которые монахиня произносит вслух. Когда все поклонились и облобызали иконы, на душе стало еще тише. А теперь надо абсолютно молча, ни слова никому не говоря, выйти из храма и дойти до келии.
ВЛАДЫКА МАРК НАСТАВЛЯЕТ: «НЕСИТЕ МОЛИТВУ, НАКОПЛЕННУЮ ЗА ВЕСЬ ДЕНЬ, КАК СВЯТЫНЮ В КЕЛИЮ. НЕ БРОСАЙТЕ ЕЕ, КАК ПОЛОВУЮ ТРЯПКУ, НА ПОЛ. ХРАНИТЕ ГОСПОДУ ЧИСТОТУ ТИШИНУ».
Он вообще говорит, что монах или монахиня должны заходить в свою келию, как священник в алтарь. Если ты не носишься с одного послушания на другое, а можешь сосредоточиться на внутреннем созидании себя, твоя жизнь обращается в непрерывное Богослужение.
Сестрам принципиально не благословляется ни с кем говорить в течении всего дня, время жизни монахини отдано общению с Господом, она обещалась Ему. Иисусова молитва – главный диалог ее души. Конечно, по послушанию иногда требуется что-то кому-то сказать. Но по делу, уверяет владыка Марк, можно сказать одно-два слова, этого достаточно. И хранить молчание. Болтология – болезнь женских монастырей. Надо держать язык за зубами, и творить Иисусову молитву.
Так монахини научаются общению друг с другом – необязательно вербальному, но непременно во Христе. «В общении с ближним, – говорит наставник, – мы не должны никогда обращаться напрямую к человеку. Мы должны общаться, выстраивая троицу взаимоотношений: Бог, ближний и я. И только через Господа воспринимать и реагировать». Это требует пауз, если нет еще навыка такого Богословия во Христе.
«То, как мы реагируем на искушения, – говорит матушка Мария, – это наше реальное стояние пред Богом. Ближний – это всегда посланник Божий. Есть Бог, а это Его посланник. Если любое послушание в монастыре воспринимать как волю Божию, Господь через уста настоятеля откроет тебе волю Свою.
ЛЮБОЕ ИСКУШЕНИЕ НАЧИНАЕТСЯ С ПРОТИВЛЕНИЯ ВОЛЕ БОЖИЕЙ. В СОСТОЯНИИ НАРУШЕННОГО МИРА И БЕСПОКОЙСТВА НИКОГДА НЕЛЬЗЯ ПРИНИМАТЬ РЕШЕНИЙ. НАДО ПЕРЕЖДАТЬ, ПОКА ВСЕ ПЕРЕГОРИТ, ТАК КАК ИСКУШЕНИЕ – ЭТО ВСЕГДА ОГОНЬ, КОТОРЫЙ НЕ ДАЕТ ВИДЕТЬ, ДЫМ ЗАСТИЛАЕТ ГЛАЗА.
Когда все угаснет и рассеется, тогда реально видно ситуацию. А на это надо время»...
Это благое иго вдумчивой, внимательной и неспешной жизни в монастыре. Когда можно успеть самое важное – с помощью благодати Божией и личного подвига душу свою спасти.
Бог даст инокине Тавифе это удалось милостью Божией.