Рассвет через прозрачную крышу заливал собой цветущую оранжерею на последнем этаже главного здания компании «Super Double Vision». От цветка к цветку порхали бабочки редчайших видов. Крылья каждой из них походили на отдельный и неповторимый шедевр художника-абстракциониста. Посреди всего этого великолепия за столом, накрытым хлопковой белой скатертью с золотой вышивкой, сидел Джейсон Паверхилл — глава корпорации — и вытирал сальные руки о чёрный халат из китайского шёлка с золотыми драконами. Джейсон откинулся в кресле, икнул, развязал пояс и подставил под солнечные лучи волосатую грудь и большой живот. Сегодня на завтрак у Паверхилла были стейк из мраморной говядины, приправленный трюфельным соусом, тарелка изысканных сыров, торт с экзотическим фруктами и шампанское Dom Perignon. Все эти кулинарные изыски подавали девушки, словно сошедшие с обложек мужских журналов, и одетые в одни лишь фартучки и красные туфли на шпильках. Музыкальное сопровождение всему этому буйству вкусов и красок составлял небольшой джазовый оркестр. Всё в этой оранжереи было натуральным от бабочек до больших упругих грудей официанток. Даже музыканты были живые и играли на акустических инструментах из дерева и меди.
От окружающей идиллии Джейсон начал было впадать в сладостную дрёму. Но в этот миг негромкую и спокойную мелодию оборвал нервный стук тяжёлого кольца, висящего на больших железных дверях оранжереи.
— Мистер, Паверхилл! Это Дронг! Мы поймали этого ублюдка!
— Откройте! — приказал официанткам Джейсон и небрежно махнул рукой, испачкав рукав дорого халата в трюфельном соусе.
Относительно оранжереи и Джейсона, вошедший крепкий мужчина казался пришельцем с другой планеты. Он был в сером тактическом костюме, лысый, половина его лица была обожжена, вместо одного глаза цифровая камера. Под левой подмышкой у гостя скрывалась кобура. В правой кибернетической руке он держал допотопный карманный компьютер. За киборгом, не смотря на широкий дверной проём, с трудом протиснулись трое. Двое из них были короткострижеными громилами с одинаковыми квадратными лицами. На них были такие же серые тактические костюмы, как и на командире. Громилы тащили под руки крепкого небритого мужчину в серых джинсах и футболке. Его голову покрывала серая шерстяная шапочка, из-под которой торчали грязные волосы. Руки и ноги мужчины были скованы энергетическими кандалами. Из носа у него тонкой струйкой текла кровь, под одним глазом темнел синяк, а рот заклеивала серая монтажная лента. Но глаза пленника выражали гораздо больше, чем это могли бы сделать слова — в зрачках мужчины чёрным пожаром горели решимость, ненависть и гордость.
Громилы, распихивая музыкантов, протащили упрямца прямо к столу Джейсона.
— Аккуратнее! Это дорогой инструмент! — испугано вскрикнул контрабасист.
— Хых, как живой! — удивлённо хмыкнул один из громил.
— Он и есть живой, дубина!
— Серьёзно? — удивился второй громила, продолжая разговор за своего брата-близнеца.
— Серьёзней некуда!
— Бохато, бохато, — пробубнил первый громила, высвобождая руку из подмышки пленника.
— Да куда вы его бросили, идиоты! Это же Красные Миддлемисты! Всех уволю к херам! Научи уже этих дуболомов манерам, Дронг! Чипы тебе в помощь!
— Будет выполнено, господин Паверхилл! — встав по стойке, ответил обожженный.
Паверхилл вышел из-за стола и вальяжно подошёл к пленнику.
— Так это ты значит испортил одну из моих ферм? — прошипел Джейсон, одним движением руки с вилкой, раздирая пленнику щёку и отклеивая монтажную ленту.
— Да! Пошёл ты! — сплюнул мужчина кровью сквозь зубы.
Джейсон снова заклеил рот диверсанту остатками ленты.
— Ничего он не скажет. Нам не удалось выбить из него никакой хоть сколь нибудь полезной информации.
— Докладывай всё что знаешь, Дронг! — нервно приказал Джейсон.
— Вот, лучше прочтите это, — Дронг бросил КПК рядом со стейком.
— Что это за допотопная херь?!
— Карманный компьютер прошлого века. Этот псих вёл дневник.
— Псих?
— Да, псих. Он явно метил в аналоговые писаки.
— Какой глупый диверсант — никакой конспирации. Люблю аналоговую литературу. Как этой фигнёй пользоваться?
— Сейчас, — Дронг взял КПК, нажал кнопку включения, открыл файл «Дневник» и вернул обратно Паверхиллу. Джейсон поднял со стола футляр из золота, достал из него очки модного бренда, надел их на кончик носа и начал читать вслух с преувеличенным драматизмом.
«Этот дождь никогда не закончится. Мне мерещится что вся эта вода — это слёзы, пролитые жителями Ауджсити».
— Да, писака ты так себе, — прервал чтение Паверхил. — Пошлятина.
— Кто бы говорил о пошлости, — взглядом сказал пленник.
Паверхилл продолжил:
«О, Ауджсити — город сон. Эти зелёные аллеи, эти разноцветные дома и неоновые вывески — всё фальшь. Грёзы, навеянные злобным братом близнецом бога Морфея — Джейсоном Паверхиллом».
— Спасибо за сравнение с небожителем, — снова прервал чтение Паверхилл. — Оно достаточно точное, особенно учитывая на каком мы сейчас этаже. Но, как говорят французы, вернёмся к нашим баранам, — усмехнулся он.
«Все в этом городе спят и видят сны наяву. Без «камня глупости» в голове Ауджисити похож на древнегреческое царство мёртвых, а его жители на тени с пустыми глазами. Здесь нет ни одного яркого пятна — лишь одна сплошная стена серых бетона и пластика».
— Боже, ну нельзя же быть таким непоследовательным! То Морфей, то Аид. Ты бы определился, — возмутился Паверхилл, увещевающе помахав свободной рукой.
«Но люди спят и не замечают этого. Но не я — я проснулся. Уже который день я живу без чипа дополненной реальности. Движение «Свободный Разум» наконец-то научилось удалять имплант безопасно для жизни пациента, избегая передачу сигнала о незаконной операции в отдел безопасности «Super Double Vision». Уже давно невозможно представить себе жизнь без чипов «SDV». Они дорисовывают аллеи на серых улицах города; заменяют серые билборды с куар-кодами на яркую рекламу, соответствующую предпочтениям человека; и даже придают вкус синтетической пище. Но это не главная функция чипа. Всё это лишь дополнительная прибыль, и инструмент для того что скрыто. Как гласит реклама «SDV»: «благодаря чипу ваш мозг действительно работает и даже приносит доход». Каждому за пользование имплантом в электронный кошелек капает криптовалюта. Боссам же корпорации грёз она льётся нескончаемым потоком. Можно сказать, что Ауджисити не просто город, а огромная криптоферма, где каждый житель дойная корова. Человеческий мозг оказался лучшей вычислительной машиной для майнинга. Майнинга боли. Боссы «SDV» подобно древним тёмным магам питаются энергией человеческих страданий. Наибольшую работу мозг производит во время стресса, в котором человек живёт. Тяжёлая работа, чтобы прокормить семью; бессонные ночи перед экзаменами; неразделенная любовь, когда объект восхищения смотрит на тебя с презрением; бесконечный бег за успехом, признанием, деньгами, благами, желание быть лучше других, или хотя бы не хуже, конкуренция, и даже просмотр мелодрамы — всё это майнинг для «SDV».
— Господи, ты идиот или романтик?! Или всё вместе? Это же как использовать ветер или реку для добычи электричества. А тот кто владеет потоком, всегда получает больше. С миру по нитке, как говорится, — развёл руками Паверхилл. — Думаешь я не стрессую? Побольше некоторых. Я даже компенсацией себе индивидуальный чип поставил. И он не хило так денег приносит. Ладно, продолжим…
«Человек не создан для счастья. Счастье — недостижимая мечта. Она, как та самая морковка на удочке перед ослом, заставляет человека двигаться вперёд. Жизнь это такой бесконечный побег от неудовлетворённости, где ты всегда на середине пути, как быстро бы ты не бежал. «SDV» просто воспользовались этим».
— Вот, хоть одна здравая мысль на всю эту простыню.
«Но «SDV», не просто зарабатывает на бегах. Корпорация выдаёт бегунам неудобную обувь, создает неудобства на треке, и иллюзию того, как кто-то вырвался вперёд и приблизился к заветной цели. Об этом не говорят маркетологи корпорации, но чип «SDV» не просто использует стресс, он его поддерживает и провоцирует. Спокойствие не производит полезной для корпорации работы, а счастье мимолётно. Реклама, что предлагает чип, заставляет человека чувствовать себя неудачником, сравнивая себя с другими. Несправедливость, социальное неравенство и грызня за тёплое денежное местечко выгодно «SDV». Боясь лишится радостей дополненной реальности и погрузиться в безысходную серость города, носитель импланта впадает в панику и покупает как можно больше грёз. Редкие запланированные сбои чипа ещё раз напоминают человеку о мрачной действительности. Жертва пытается уйти от такой участи, прилагая максимум усилий, чтобы обслуживание импланта никогда не прекращалось, и ещё больше застревает в капкане. Но «SDV» всегда мало. Небольшое недовольство от неурядиц имплант электростимуляцией превращает во вселенскую трагедию. А если жертва находится в через чур благостном состоянии, чип провоцирует всплески тревоги и бессонницу с вязкими мыслями о недостижимости счастья».
— Дронг, зачем мне этот пересказ, того что я и сам знаю?!
— Там один абзац остался. Они пишут о каком-то оружии.
«Но «SDV» скоро сгинет и жители страны смогут сменить безумную погоню за счастьем, на размеренную пробежку. Сегодня ранним утром я, Саймон Торвилл, уничтожу главную антенну «SDV» в Ауджсити. Без чипа я фактически невидим для службы безопасности корпорации. Но это только одна из множества диверсий подготовленных «Свободным Разумом». Наши гениальные программисты обнаружили странную дыру в работе чипа. Мерцание с определённой частотой особого сочетания точек и тире заставляет работать имплант на износ. Это вызывает смертельный стресс. После чего чип сгорает ровно в 08:08, окончательно добивая носителя. Такой брак импланта может быть полезен в нашей борьбе с системой».
Дальше запись обрывалась.
Паверхилл закончил читать, подошёл к Саймону и пнул его несколько раз ногой в живот.
— Говори, говори! Сука! Как и где вы собираетесь использовать вирус!
Смех Торвилла глухо прорывался через монтажную ленту.
—Унесите его в океанариум рыбам на корм!
Громилы подхватили Саймона под руки и потащили к выходу. За ними вышел и Дронг. Паверхилл остался в компании музыкантов и официанток. Оркестр будто с какой-то издёвкой продолжил играть нудную мелодию. Бабочки раздражающе мельтешили в воздухе, садясь своими отвратными лапками на бокал с дорогущим, но мерзким на вкус шампанским. Халат неприятно щекотал тело. Две вульгарного вида девицы, с фальшивой заботой прижались к Паверхиллу.
— У пупсика стресс! Давай мы его снимем. Вместе с халатиком.
— Уйдите, курицы! — раздраженно прикрикнул Паверхилл.
— Пупсик не в духе, — проворчала одна из девиц, подбирая скинутый фартук.
В эту минуту на личный кошелёк Паверхилла бешенным потоком поступала криптовалюта. Паверхилл стоял и с тревогой смотрел на город. На электронных часах в башне напротив горели цифры «08:07».
Автор Денисов Андрей