Мой переход в урологию был феерическим! Начался он с фразы:
– О, Иванов девку свою к нам приволок! Интересно, чем она тут заниматься будет? В реанимацию, наверное, будет ходить, с врачами кувыркаться!
И дружный хохот. Причём произнесено это было на *** языке. У нас маленькая республика, больше половины разговаривают на *** языке, хоть официальный и русский. Я русская, у меня русские фамилия, имя, отчество, вот мои новые коллеги и решили, что я ничего не пойму.
В ответ я поздоровалась на их родном языке и смачно на нём же выругалась. В персоналке воцарилась тишина. А у меня впервые закралась мысль, что с переводом в урологию я слегка поторопилась и погорячилась. Слышала ведь, что коллектив в этом отделении – редкостный гадюшник.
С этого "тёплого" приёма началась наша с ними "дружба". Они следили за каждым моим движением, пытались навешать на меня дополнительные обязанности, даже в реанимацию приходили – посмотреть, чем же я всë-таки там занимаюсь. Увиденное им не понравилось. У меня в этот день был тяжёлый пациент. Койка во всех видах биологических жидкостей, мой костюм ненамного чище, плюс товарищ был в психозе – обкладывал меня непечатными выражениями, отбивался всеми привязанными конечностями и пытался вытащить подключичный катетер зубами. Зато мои новые коллеги удостоверились, что я не валяю дурака, и быстренько ретировались восвояси.
Если вы думаете, что они на этом успокоились, вы сильно ошибаетесь. Пакостей было много, пакости были разнообразные. Я огрызалась и... кайфовала. Я опять кручу диализ, мои пациенты самые разнообразные и интересные. Мне ИНТЕРЕСНО! По-другому я просто не могу. А на их выпады мне в основном было наплевать.
Осенью в нашей клинике планировали начать ПД – перитонеальный диализ. И в августе мы с Ивановым поехали учиться. "Ты учишься, всё запоминаешь и записываешь, я отдыхаю". Под таким девизом проходила наша с ним стажировка в городе на Волге.
Несколько дней нам показывали, рассказывали, объясняли, давали потрогать и попробовать, подарили множество подробных инструкций. Домой я уезжала в полном восторге. Вспомнила, какое это удовольствие – учиться принципиально новому и крутому.
А по возвращении домой меня ждал новый виток буллинга на рабочем месте.
Как-то совершенно случайно услышала разговор двух медсестëр.
– Ну, чего ты к девчонке прицепилась?! Хватит уже к ней придираться.
Ответ гениальный в своей простоте и злобе:
– Нас тоже пинали, и ничего! Не сахарная, не растает!
Господа динозавры, я дико извиняюсь, но какого хрена вы молодёжи устраиваете вот эти десять кругов ада?! Почему, по вашей версии, желторотики должны проходить и Крым, и Рим?!
Если вы будете относиться к новеньким терпеливо и с пониманием, они от этого станут плохими специалистами? Нет, не станут. И наоборот. Хамством, грубостью и агрессией многих умненьких мальчиков и девочек "старпëры" быстро и безоговорочно отвратили от профессии. Чего ради они это делают, за двадцать с лишним лет, я так и не поняла. Завидуют молодости? Мстят за свои обиды и унижения? Честно, не знаю. Но насмотрелась я на буллинг в медицинской среде предостаточно...
Но долго резвиться на моих костях "старичкам" было не суждено. Реорганизация шла полным ходом: одни отделения приходили, другие уходили. 31 декабря урологию перевели в другую больницу, а нас с Ивановым перевели в другое отделение. Куда именно, узнаете в следующей серии моего медицинского блокбастера 😉