Когда-то ощущать сырую свежевспаханную землю под ногами каждый июнь мне казалось скучнейшей обыденностью. Как и мытьё в бане после посадки картошки, когда твое тело покрыто потом, золой и куриным навозом. "Незабываемый" аромат, от которого хотелось отмыться не то что бы до следующего лета, а навсегда. Хотелось не мыть ноги от песка и опилок из дровяника после трехшагового маршрута от бани до дома. Не пить такую ледяную воду из колодца, наливая полуржавый ковш. Не будить всех соседских собак выходя в сырую холодную ночь на улицу по нужде. Не мести веником пол по три раза за день, а например купить таки робот пылесос. И пушистый ковер купить, и никогда не покупать огромный сервант с секретером. Хотелось залезать в ванну каждый вечер, не ожидая банного дня, делать масочки, выходить, ступая на махровое полотенце, пить зеленый чай и смотреть на землю исключительно с высоты птичьего полёта. И я бежала, моя родная, к этой заветной мечте. К ней бежали многие из моего окружения, и чьи- то пятки сверкали так, что ослепляли меня, изо всех сил старающуюся не отставать. Тем не менее, чтобы прибежать таки к тому о чем грезишь, необходимо бежать с багажом. Если однажды собираясь не вернуться, ты не возьмёшь с собой аромат копчёных окуней, пойманных только вчера, урок по починке "удочки-закидушки" от деда, который третий раз мусолит тоненькую леску во рту для того, чтобы продеть ее в крючок. И тот звук, когда его сухие, жилистые руки затягивают эту леску до скрипа.
Не возьмёшь с собой общесемейное приготовление фарша на старой, но до блеска начищенной механической мясорубке, когда каждый "крутит по очереди", звук и запах циркулярки на пол улицы, на которой дед будет затачивать лезвия от этой самой мясорубки, цепи от всех соседских пил, и все ножи в доме. Если ты не возьмёшь с собой минуту, которую тратишь на то чтобы подкрасться к бабочке-капустнице, и схватив ее за крылышки, рассмотрев хоботок, посадить на руку, и отпустить, ощущая на пальцах цепкость маленьких лапок. Зеленые, весело взрывающиеся капельки садового бальзамина, (можно даже сразу целую клумбу, ту, что из шины). И хмель, расстилающийся по нагретой солнцем завалинке. И старого белого кота-драчуна, любящего лакомиться мухами на окне, густом замазанном твоим цветным пластилином. Утреннее, летнее ожидание на остановке в самом красивом платье, потому что в город. Если ты не возьмёшь нежный хруст хвои под ногами, "бархатное" , с крупинками пюре брусники во рту, и дикий дурман багульника до головокружения. Маленькие валенки с забавной угловатой вышивкой твоего имени, иначе спутаешь.
Ты все спутаешь.
Поверь мне, родная, чтобы считать вершиной творения селекционеров китайский огурец из супермаркета, нужно взять с собой самый первый, и самый сладкий, из старой душной теплицы, тот, что был с кем-то напополам.
А. Раева.