В современном российском гражданском процессе уже более девяти лет действует статья 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), которая предоставляет суду право назначить представителя ответчику, если его место жительства неизвестно, а также в других предусмотренных законом случаях[1]. Это положение не является абсолютно новым; скорее, оно возрождает старые традиции.
Истоки института процессуального представительства можно проследить до римского права. Длительное время в Древнем Риме стороны не могли передавать защиту своих интересов третьим лицам, и все процессуальные действия должны были осуществляться лично. Такая практика существовала также у славян и германцев. Н. Боголепов в своей работе указывает на редкие исключения из этого правила в римском праве:
1. Представление в суде интересов римского государства или муниципального образования магистратом.
2. Представление интересов лиц в делах о свободе (например, когда лицо в рабстве требовало признания себя свободным или кто-то другой требовал признания его рабом).
3. Представление интересов психически больных и малолетних их опекунами и попечителями[2].
И.Б. Новицкий и И.С. Перетерский отмечают, что только в период республики стало возможно действовать через представителей в крайних случаях, таких как пленение или отсутствие по государственным делам.
Эти примеры свидетельствуют о зарождении института процессуального представительства в Древнем Риме, где защитники назначались претором. Современное российское гражданское право имеет некоторые сходства с древнеримскими процедурами. В обоих случаях представители назначаются для лиц, которые не могут самостоятельно присутствовать в процессе или выбрать представителя.
В России институт адвокатуры появился с принятием Устава гражданского судопроизводства 1864 года. Устав разделил представителей на присяжных и частных поверенных, первые из которых должны были иметь высшее образование и обладали рядом преимуществ[3]. Такое положение существовало до Октябрьской революции 1917 года.
Согласно статье 252 Устава гражданского судопроизводства, поверенный имел право отказаться от своих обязанностей, но должен был уведомить об этом суд и представляемого. Суд устанавливал срок, в течение которого представитель оставался обязанным выполнять свои обязанности до выбора нового представителя.
А.М. Нолькен указывал, что новый поверенный назначался председателем суда, а не через Совет присяжных поверенных. Суд также назначал представителей для ведения дел лиц, пользующихся правом бедности, в местах, где не было советов присяжных поверенных.
Таким образом, в дореволюционном российском законодательстве существовала практика назначения представителей судом в случаях отказа предшествующего представителя или при отсутствии возможности для ответчика самостоятельно выбрать представителя. Эта традиция продолжается и в современном гражданском процессе, обеспечивая защиту прав и интересов всех участников судебных разбирательств.
В современном российском гражданском процессе уже более девяти лет действует статья 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), которая предоставляет суду право назначить представителя ответчику, если его место жительства неизвестно, а также в других предусмотренных законом случаях. Это положение возрождает старые правовые традиции, предоставляя правовую защиту в условиях, когда ответчик не может самостоятельно выбрать представителя.
Истоки института процессуального представительства уходят в римское право. Длительное время в Древнем Риме стороны не могли передавать защиту своих интересов третьим лицам, и все процессуальные действия должны были осуществляться лично. Такая практика существовала также у славян и германцев. Н. Боголепов в своей работе указывает на редкие исключения из этого правила в римском праве:
1. Представление в суде интересов римского государства или муниципального образования магистратом.
2. Представление интересов лиц в делах о свободе (например, когда лицо в рабстве требовало признания себя свободным или кто-то другой требовал признания его рабом).
3. Представление интересов психически больных и малолетних их опекунами и попечителями.
И.Б. Новицкий и И.С. Перетерский отмечают, что только в период республики стало возможно действовать через представителей в крайних случаях, таких как пленение или отсутствие по государственным делам.
Эти примеры свидетельствуют о зарождении института процессуального представительства в Древнем Риме, где защитники назначались претором. Современное российское гражданское право имеет некоторые сходства с древнеримскими процедурами. В обоих случаях представители назначаются для лиц, которые не могут самостоятельно присутствовать в процессе или выбрать представителя.
В России институт адвокатуры появился с принятием Устава гражданского судопроизводства 1864 года. Устав разделил представителей на присяжных и частных поверенных, первые из которых должны были иметь высшее образование и обладали рядом преимуществ. Такое положение существовало до Октябрьской революции 1917 года.
Согласно статье 252 Устава гражданского судопроизводства, поверенный имел право отказаться от своих обязанностей, но должен был уведомить об этом суд и представляемого. Суд устанавливал срок, в течение которого представитель оставался обязанным выполнять свои обязанности до выбора нового представителя.
А.М. Нолькен указывал, что новый поверенный назначался председателем суда, а не через Совет присяжных поверенных[4]. Суд также назначал представителей для ведения дел лиц, пользующихся правом бедности, в местах, где не было советов присяжных поверенных.
Таким образом, в дореволюционном российском законодательстве существовала практика назначения представителей судом в случаях отказа предшествующего представителя или при отсутствии возможности для ответчика самостоятельно выбрать представителя. Эта традиция продолжается и в современном гражданском процессе, обеспечивая защиту прав и интересов всех участников судебных разбирательств.
Первый Гражданский процессуальный кодекс РСФСР 1923 года в статье 15 определял виды процессуального представительства. Однако он не выделял представительство, предусмотренное статьей 259 ГПК РСФСР 1923 года, согласно которой, если место жительства или место работы должника неизвестно, взыскатель мог просить суд по месту исполнения о назначении официального представителя должника. Официальным представителем мог быть назначен любой гражданин, не лишенный и не ограниченный в дееспособности, при соблюдении определенных ограничений.
ГПК РСФСР 1964 года не содержал норм о назначении представителя судом ответчику с неизвестным местом жительства, однако они вновь появились в ГПК РФ 2002 года.
Таким образом, исторический анализ показывает, что необходимость механизма, позволяющего суду назначить представителя, существовала давно. Основная цель этого механизма, как и всего института судебного представительства, заключается в защите прав и интерес
[1] "Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 06.04.2024) // СПБ: https://www.consultant.ru/. Статья 50. Представители, назначаемые судом.
[2] Левина И.С. Представительство в гражданском процессе. М.: Юристъ, 2018. С. 396
[3] Лунева О.В. Представительство в гражданском судопроизводстве: актуальные вопросы теории и практики. М.: Инфотропик Медиа, 2020. С. 173
[4] Гражданское процессуальное право России: учебник / под ред. В.М. Левина. СПб.: Питер, 2020. С. 58.