«Быт заел» - так всегда говорила одна моя знакомая, женщина возраста неопределённого. Ну, как неопределённого? Все знали, сколько ей лет, но она выглядела иногда на 20 лет моложе реальных годиков, а иногда лет на 20 старше, чем ей было на самом деле. Нет никаких любимых занятий, развлечений. Только дом, уборка, магазин, готовка. Нет того, что бы душу замирать заставило, как в юности.
Когда работала, то о пенсии мечтала, планы строила. Большие планы, как говорят - «наполеоновские». Хотела отоспаться, попутешествовать, походить по музеям и театрам. А настало время пенсии - никуда не ушла, работать продолжала на прежнем месте. Работала и возмущалась, что никак не может уволиться. И причина есть серьёзная - всё из-за денег, которых постоянно не хватает. И работать уже сил нет, но деньги нужны, ведь пенсия-то маленькая, «ничтожная», так говорила она. Это просто рабство и ни что иное. Ну, или употребляла еще одно выражение, что это «настоящая кабала, после которой еще и большой оброк платить надо». «Оброком» она называла оплату за коммунальные услуги (в этом я с ней согласна).
Но судьба наконец-то к ней повернулась передом и ушла она на заслуженный отдых. Радости не было предела. Вот она - свобода! Женщина позволила себе заняться вечером перед сном любимым делом - поговорить с Богом один на один, успокоить душу свою, стоя на коленях перед иконой с зажжёнными свечами. Стояла долго, молилась и благодарила Господа за такую спокойную жизнь. А сама плакала. Кто бы посмотрел на её слёзы, запросто мог бы подумать, что огромное горе оплакивает женщина. Но нет, она так горько плакала от счастья. И были её слёзы слезами радости.
Пришло, наконец-то, её время и настала такая пора, когда ей можно всё! Она может делать то, что захочет, ходить куда захочет, спать сколько захочет, есть в любое время, а не в обед по расписанию на работе. Теперь каждая минуточка, каждая секундочка принадлежат только самой себе. И никто не имеет права красть у неё эти драгоценные мгновения.
Свобода кружила голову, и радость ни на минуту не покидала её ум, сердце и душу. Буквально - второе рождение, в котором она увидела новый мир, сияющий яркими красками в солнечных лучах.
В эйфории прошёл год, второй…. И женщина стала чувствовать и понимать, что происходит что-то непонятное в ее жизни. Отдыхать устала. Гулять устала. Развлекаться устала. Во время прогулок она забиралась в такие уголки города, о которых даже и не подозревала. Она протоптала такие маршруты, которые незнакомы даже опытным экскурсоводам. Она знакомилась с людьми просто на улицах, на лавочках, в транспорте, и первое время ей очень это нравилось. Но и это приелось, надоело, опротивело.
Она за две зимы накатала на лыжах и на коньках столько километров, сколько не накатала за всю жизнь. Она накупалась в различных водоёмах, обследовала все пляжи и разрешённые места для отдыха.
И всё…Сдулась… От всего устала.
Оказывается, что везде одно и то же. Это инересно и ново сразу после того, как почувствовал свободу в жизни, не обременённую обязательствами от работы. Тогда всё новое и незнакомое кажется прекрасным. Свобода захлёстывает и дурманит голову. Но потом, годика через два-три, когда ты «наелась» этой свободой, начинаешь понимать, что это всё - пустота, где не так уже и интересно. И свободы в этом вовсе никакой нет.
И каждый сегодняшний день - это вчерашний или его продолжение. Одни и те же действия - занятия, прогулки, встречи, развлечения…
Она всегда любила одиночество по выходным дням, устав от рабочей недели, и ей казалось, что это так хорошо - быть вдвоём с собой. И всегда можно найти, чем заняться. Даже тем же бытом… Но, как оказалось, есть в этом и определённые сложности. Вдвоём с собой, как оказалось, не так-то просто - и грустно, и скучно, и тоска берёт, и поругаться не на кого, так же, как и порадоваться не за кого. И вдвоём с собой накатывает сильное беспокойство - начинаешь думать о болячках, прислушиваться к организму и искать симптомы. И, что интересно, находишь! Любая колика или головная боль вызывает худшие подозрения и тревогу. Начинают ежедневно посещать такие мысли, как «что это закололо в боку?» «ой, я, похоже, заболела».
Психика подружилась с постоянной тревожностью, потому что появились мысли, что жизнь заканчивается. Она на ночь не стала запирать входную дверь, не боясь, что кто-то войдёт. Ведь в коридоре есть общий тамбур на две квартиры. А соседям наказала, чтобы иногда проверяли её по утрам. И соседка, уходя на работу, открывала её дверь и с порога кричала «Вы живы?», тем самым нарушая утренний сон после беспокойной бессонной ночи. А еще соседка получила наказ - если ночью раздастся телефонный звонок с её номера, то значит ей очень плохо стало и надо открыть дверь врачам из «скорой». А еще она стала ночевать в обнимку с тонометром, глюкометром и пульсоксиметром, хотя никогда не страдала гипертонией, диабетом и проблемами с дыханием и частотой пульса. Стала спать со включенным светильником, если вдруг что… И по ночам делалось страшно. Очень страшно от того, что сама себя накрутила.
Утром, с трудом подняв голову с подушки от недосыпа, ползала по квартире от спальни до ванны и кухни так, как будто вчера разгрузила вагон с мешками. Собираясь в магазин или прогуляться, заперев входную дверь, несколько раз проверяла, на месте ли телефон, паспорт и медицинский полис. А в голове стучала мысль «А вдруг я не вернусь? Вдруг где-нибудь по дороге упаду?» И постоянно проверяла уровень заряда телефона, который только что сняла с зарядки. И зарядку также бросала в сумку, хотя шла только в магазин, который был в соседнем доме.
Заслуженный отдых для нее после эйфории трансформировался в сильнейшее жизненное страдание, сопровождающееся маниакальной тревожностью.
На работу устраиваться боялась - «а вдруг мне плохо станет по дороге?», «кому я нужна такая больная?», «мне тяжело будет работать, ведь возраст уже…». От этого она с каждым днём чувствовала себя всё хуже и хуже. Букет найденных у себя заболеваний дал ей повышенное давление, постоянную бессонницу, появилась тахикардия, нехватка воздуха, головокружение. И она понимала, что утром будет тяжело подняться с кровати, а уж тем более ехать в транспорте, где вряд ли ей уступят место. А тут еще климакс, прости господи, рубит с ног.
Одиночество окутало её, загнав как куколку в кокон. Только вот в силу возраста красивой бабочкой ей уже никогда не стать. Дистанцировавшись от всех, окунувшись в одиночество, она потеряла друзей - старые ушли от общения и даже звонить перестали, а новые, с кем она знакомилась на прогулках, не захотели продолжать дружбу с постоянно ноющим человеком. Перестали общаться родственники. И стало не с кем словом переброситься. Ну, если только со старым котом. Вот если еще и его не станет, то вообще жить незачем будет.
Пойти некуда - всё исхожено не по одному разу. Телевизор надоел, читать не хочется. Да и глаза плохо видеть стали. Сиди дома и хоть вой от одиночества.
И дочь стала редко звонить, потому что не хочет постоянно слушать, как мать одинока. Иногда она говорила такие слова, что дочь обижалась. Например, «Умру никому не нужная и знать никто не будет. Вспомните обо мне, да поздно, и найдёте через неделю затухшее тело в квартире».
Дочь иногда не понимала - чем она может помочь? И так вроде с собой и отдыхать берёт, и на дачу, и к родственникам возит. А жить к себе взять не может, потому что мать вполне дееспособный человек, сама себя полностью обслуживает и живёт в своей собственной большой квартире. Но мать снова и снова жаловалась, что ей плохо, что она одинока. Убеждала, что скоро умрёт, накручивая ужаса на свои диагнозы, о которых дочь даже слышать не хотела.
Дочь по работе очень загружена. Поэтому мать стала постоянно звонить сыну.
И детям она стала постоянно говорить про себя, что она очень больна, брошена, забыта, несчастна, никому не нужна.
Между матерью и детьми возникло недопонимание. Для матери дети – жестокие, бессердечные, безжалостные и равнодушные, хотя она их учила уметь сострадать. Для дочери мать - зажралась и с жиру бесится. Для сына мать - надоела со своим нытьём. Сидит на пенсии, ничего не делает, ничем не загружена и вот от нечего делать с жиру бесится. Требует, в прямом смысле, чтобы вокруг неё все волчком крутились, ублажали и лелеяли её.
Перессорились все: мать с детьми, дети между собой. Каждый не готов был забрать мать в свой дом, не готовы были за ней ухаживать, и никто не хотел жить с ней, о чём они заявляли прямо и в категоричной форме.
Видимо, это последний жизненный кризис пожилого человека, то есть когда еще есть своё мнение, есть независимость, но нет возможности что-то изменить в свою пользу. Ушло чувство свободы, которое было встречено с радостью. Но радость всегда скоротечна и быстро улетучилась. А что осталось? Ничего. Пустота. И в таком возрасте её уже ничем не заполнить.
Но всё познаётся в сравнении. Много людей живут хуже этой женщины и в моральном и в материальном плане. И она это знает. И понимает, что, пренебрегая тем, что у неё есть, можно в итоге без всего этого остаться.
И она немножко успокоилась. Поняла, что на самом деле она живет не так уж и плохо. В отличие от других людей. С тем и смирилась…
Благодарю всех за прочтение и интерес к моим статьям