Абгарян, Наринэ. Понаехавшая / Наринэ Абгарян.– Москва: Издательство АСТ, 2016.– 220, [3] с – (Эксклюзивная новая классика).
На обложке с двух сторон повторяется «Эксклюзивная новая классика», а для тех, кто не знает значения этого предупреждения, на лицевой стороне обложки стоит знак 18 +, а для тех, кто не до конца понял значения и этого предупреждения, на обратной стороне прямо написано прописными буквами «КНИГА СОДЕРЖИТ НЕЦЕНЗУРНУЮ БРАНЬ».
Тут к месту припомнить Диму Вернера, который считает, что 22-го января 2015 года лучшим анекдотом на его сайте был «Мат не украшает речь девушки, но делает её просьбы более понятными.»
Соавтором книги (не текста) является художник (художница?) Виктория Кирдий. Поскольку, как известно, «молитва от повторения не портится», то некоторые картинки в книге повторяются многократно.
«Повесть — прозаический жанр, занимающий по объёму текста промежуточное место между романом и рассказом, тяготеющий к хроникальному сюжету, воспроизводящему естественное течение жизни» - словарь.
Формально – из-за небольшого объема и почти хроникального сюжета – книга является повестью. Но редактор уклончиво назвал ее «историей жизни». С одной стороны, действительно, история. С другой стороны, автор подробно описывает своих сотрудников и квартирную хозяйку, но хранит молчание о своем отношении к происходящему, причем молчание становится полным в отношении того, о чем мечтает героиня, что хочет. Получается, как в школьном учебнике истории, – подобно «как» и никаких «зачем» и «почему».
Аннотация издательства сообщает: История жизни маленького человека в большом городе. История смешная, немного горькая, но, безусловно, добрая.
Над «безусловно», я задумался. Из книги совершенно не следует, что героиня книги может трансформироваться, например, в автора – преуспевающую (лауреата премий) московскую писательницу. С равным успехом жизнь героини могла бы стать и совсем горькой. Во всяком случае, автор не поясняет, на что может надеяться в Москве филолог-лингвист с советским паспортом, в графе «национальность» которого стоит «армянка», место рождения – г. Берд, Армянской ССР и пропиской в рязанской деревне.
Считается, что москвичи люди толерантные, но я знаю случай, когда человек, не имевший возможности заменить в паспорте место рождения и национальность, именно в Москве заменил разом и фамилию, и имя, и отчество, став, условно, Борисом Иосифовичем Бергманом, хотя при рождении был, условно, Муслимовым Исой Бетыровичем. Естественно, его знакомые неоднократно потом интересовались причиной такого неординарного решения. Понимаете – отвечал он – когда на улице у меня милиция требует паспорт, то раньше обязательно следовали вопросы: давно ли я был на родине, где живут мои родители, часто ли я встречаюсь с земляками. Теперь же только смотрят на фамилию и фотографию, а паспорт возвращают молча, – экономится много времени.
Сразу надо сказать, что героиня книги мат в общении не использует. Совсем. Хотя, – признается она однажды, – иногда очень хочется. Мат достаточно часто в полной мере используют сотрудницы обменного пункта валюты, где работает героиня. Русский мат имеет длинную историю, но мне думается, что стоит объяснить, почему понадобилось так широко использовать его в тексте.
Мат выполняет три основные функции. Первая, естественно, это брань, ругань. Существует байка о Иване Бунине, который объяснял русскому шоферу такси в Париже, почему он не любит французов-водителей. Выслушав писателя, шофер заметил, что он семь лет прослужил на императорском флоте, но всех выражений, использованных Буниным, и там не слышал. «Сударь – ответил нобелиант – перед вами почетный академик по разряду изящной словесности!».
Но чаще, так сказать enmass, мат используется говорящими, особенно в спешке, для замены сложных понятий. В этом случае мат обедняет русский язык. Трепетная душа автора-филолога не позволяет ей самой использовать не литературный язык, но представить себе ее коллег по обменному пункту валюты на такой нервной работе без мата невозможно. Когда я работал на кафедре, то один из моих начальников обратился ко мне: «Вы правда никогда не материтесь?». Вопрос поставил меня в тупик, так как ответить на него исчерпывающе без мата затруднительно.
Людмила Аполлоновна Ясюкова считает, что только 20% взрослых людей обладают понятийным мышлением. Если человек не знает некоторых понятий, то ему приходится при общении чем-то их заменять. Заменяют часто матом. Жизнь – сложная штука. Даже филологи, социологи и психологи все вместе до конца ее не понимают. Естественно, многим людям приходится пользоваться вместо сложных простыми понятиями. Ну что может быть проще мата?
Третий вид мата – это подтверждение социального статуса. Я наблюдал в одном коллективе двух людей. Один из них провел семь лет в Сусумане (до амнистии Л. Берия), у другого были только приводы в милицию. Когда изредка возникали производственные конфликты и второй начинал доказывать, что прав он, то первый отвечал одной длинной фразой, причем, примечательно, почти каждый раз новой. Мы – молодежь – слушали и считали: один, два три … семь! Вот тогда я впервые услышал настоящий многоэтажный мат, которым можно овладеть только специальной учебой и длительной тренировкой. Второй выше третьего этажа подняться не мог и признавал поражение. Первого все называли по имени-отчеству Василий Абрамович, второго – Сашок (почувствуйте разницу). Надо ли говорить, что Сашок использовал одно- и двухэтажные конструкции постоянно, а Василий Абрамович свои произведения лагерного искусства только в состоянии повышенного раздражения (не волнения, – он никогда не волновался).
Отдельная история – использование ненормативной лексики власть предержащими. Современники всегда отмечали красочную речь премьера В.С. Черномырдина. Почитатели маршала Г. Жукова в перечень его достоинств включают то, что он мог ответить тов. Сталину матом на мат.
Ректор петербургского университета Л. А. Вербицкая рассказывала о своей беседе с Черномырдиным:
«Когда мы уже попрощались, Виктор Степанович неожиданно добавил:
– С вами трудно разговаривать.
– Но почему?! – изумилась я.
– Ну, слова приходится подбирать…»
Русский мат не является чем-то исключительным. Один мой знакомый приобрел во время командировки в США толковый словарь англоязычной специфической лексики. Он уверял меня, что без этого словаря понять суть анекдотов в журнале «Плэй бой» невозможно. Во время Уотергейтского скандала комиссия сената рассекретила аудиозаписи, сделанные в кабинете президента. После этого ряд религиозных организаций призвали своих сторонников не голосовать на предстоящих выборах за действующего президента, поскольку его язык и язык его помощников более подходит гангстерам, а не представителям государства. Двухчасовая выжимка из этих аудиофайлов хранится в библиотеке сената. Любой американец (старше 18-ти лет) может послушать, как говорил президент Р. Никсон на «великом английском языке».
Русский мат – это тоже часть русской культуры. Я имею ввиду «культуры» в широком смысле этого слова. Многие понимают это слово в узком смысле. Например, в дебатах по вопросу распространения СПИДа в России всегда говорят о низкой культуре россиян. В то же время, в газетных разделах под рубрикой «культура» ни СПИД, ни ВИЧ-инфекция никогда не упоминаются.
С книгой мне в какой-то степени не повезло. До нее я прочитал «Каждый за себя» А. Марининой и контраст изложения историй двух очень разных одиноких новых жительниц Москвы оказался слишком заметным, – читая вторую книгу я постоянно вспоминал первую.
Вместо эпилога: «Только у нас скользкие дороги посыпают не песком, а матерными словами» – Дима Вернер.
На ютубе есть интервью с Наринэ Абгарян.