Для родителей я всегда была запасным ребенком. Теперь я замужем за богатым мужчиной, потому стала любимицей семьи

Я – старший ребенок в семье родителей, а потому была для других либо служанкой, либо нянькой, либо поварихой. Чаще всего я несла на себе целый комплекс домашних обязанностей.

Мама меня родила, будучи совсем юной. Возможно, поэтому она относилась ко мне не так, как к младшим брату и сестре. Во всяком случае, я стараюсь себя так утешать.

Мне было четыре года, когда мама сказала, что я стала уже совсем взрослой, потому должна сама готовить себе завтрак и собираться в детский садик. Мама на тот момент была беременной сестрой, потому я была предоставлена сама себе.

В детстве я не особо любила есть. Так что в детский сад могла уйти голодной. Там я тоже ничего не кушала, потому воспитатели и просили родителей докармливать меня дома по утрам, чтобы у меня были силы.

Около полугода я жила с бабушкой, потому что маме стало сложно из-за беременности следить за мной. Хотя на тот момент она уже не занималась мной в принципе.

Василисе исполнилось два месяца, и родители забрали меня домой. Я тогда помню очень обрадовалась, потому что подумала, что мама и папа соскучились по мне. Но это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Меня вернули домой, чтобы я помогала маме. Конечно, в свои пять я не могла быть полноценной нянькой для сестры. Однако на мне был ее сон, прогулки возле дома (мы жили в частном доме), минимальная уборка дома и развлечение Васьки.

Мама быстро поняла, что я расту самостоятельной девочкой, потому и решила сделать из меня запасного ребенка. Такого, который бы следил за остальным потомством.

Папа проводил много времени на работе, я его практически не помню. Знаю только, что он был во всем солидарен с матерью. Он не особо любил меня и Василису, зато в Леше души не чаял.

Оказывается, отец ждал сына, и когда родились первые две дочки, сразу загрустил.

Леша появился, когда мне уже было десять. Тогда уже я могла полностью принять на себя обязанности по уходу за братом, пока мама отдыхала и занималась своими делами.

Из декретного отпуска она не выходила раньше срока. Моя помощь была чисто для того, чтобы дать ей возможность больше отдыхать и сваливать из дома. Много раз я слышала в диалогах мамы и ее подруг, как она устала от детей и мечтает просто сбежать от нас на необитаемый остров.

В восемнадцать лет я поступила в университет своими силами, а в двадцать встретила мужа. Получив диплом, мы сыграли пышную свадьбу и улетели на два месяца в Шри-Ланку.

Свекры – зажиточные люди, но и Дамир у меня – вовсе не избалованный мажор. Он построил собственный бизнес и активно занимается его развитием.

После восемнадцати лет родители обо мне забыли. Я ведь вышла из их дома, значит, не нужна. Правда, когда узнали про семью моего супруга, тут же стали звонить мне, интересоваться «как дела у их любимой дочурки».

Портить отношения с родителями окончательно я не планирую. Я отвечаю им, но совсем без теплоты в голосе и без желания общаться. Я знаю, что рано или поздно им понадобится кошелек Дамира, а вовсе не мои внимание и любовь.