Цветная почтовая открытка 1909 года, изображающая памятник вскоре после открытия
5 июня (23 мая) 1909 года был торжественно открыт памятник императору Александру III работы скульптора Паоло Трубецкого. Сразу же после открытия памятник стал мишенью для многих иронических комментариев, которые суммировались в народной частушке-загадке. Один из её вариантов:
Стоит комод,
На комоде бегемот,
На бегемоте обормот,
На обормоте шапочка –
Какого дурака это папочка?
Другое окончание той же частушки:
...На обормоте шапка,
На шапке крест,
Кто угадает,
Того под арест.
Так выглядит скульптура в XXI веке
Дореволюционная открытка с изображением Знаменской площади
Вот как выглядел, так сказать, оригинал скульптуры:
Почему-то особенно карикатуристы и некоторые художники полюбили изображать этот памятник после революции, когда он стал резко контрастировать своим видом со всей окружающей обстановкой.
Рудольф Френц (1888—1956). На Знаменской площади в дни Февральской революции 1917 года. 1931—1934
Александр Алексеев. Февраль 1917. 1940
Георгий Савицкий. Февральские дни в Петрограде. 1917 год
Почтовая открытка. 1917
Карикатура из журнала «Бич». 1917
Иван Владимиров (1869/1870—1947). Голодные годы в Петрограде. Горячий суп из общественной столовой. 1919
Художник Владимиров считается советским живописцем и заслуженным художником РСФСР, но львиная доля его произведений пропитана такой лютой, буквально пещерной ненавистью к революции, что неподготовленного зрителя может взять оторопь. Сочувствие художника — всецело на стороне «бывших»: помещиков, генералов, офицеров, собственников, духовенства (священником, кстати, был и его отец)... У них — несчастные, умные, одухотворённые, страдающие лица. Вот и здесь «бывшие» люди бредут по площади пешком, как нищие, с кастрюльками супа в руках — офицер со споротыми погонами и отсутствующей кокардой на фуражке, и священник. Императорский памятник служит им горьким напоминанием о невозвратно утраченном прошлом. А навстречу им беззаботно катят на казённом роллс-ройсе новые счастливые господа положения — глуповатого и наглого вида матрос, которого художник много раз рисовал с прилипшей к губам неразлучной цигаркой, и его сотоварищи.
Иван Владимиров. Семья бывших, согнанная с квартиры
После Октября многие не сомневались, что большевики снесут статую: ещё бы, ведь при Александре III казнили родного брата председателя Советского правительства!
В мае 1918 года в этом был уверен, например, либеральный журнал «Новый Сатирикон», поместивший на обложке этот рисунок будущего сноса к декрету Совнаркома о сносе памятников царям и царским слугам:
Ре-Ми. Проект снятия памятников. Чугунная контр-революция в революционной кутузке. 1918
Но нет, ни один из изображённых художником памятников (Петру I, Николаю I, Александру III) снесён не был. Сочли исторической или культурной ценностью, не подлежащей сносу.
Но в 1922 году по решению Петросовета памятник Александру III украсили специально сочинёнными стихами Демьяна Бедного «Пугало». Четверостишие было написано как бы от имени покойного царя:
Мой сын и мой отец при жизни казнены,
А я пожал удел посмертного бесславья:
Торчу здесь пугалом чугунным для страны,
Навеки сбросившей ярмо самодержавья.
Писатель Валентин Катаев (1897—1986) так описывал скульптуру в эти годы:
«Посередине площади, уставив широкий упрямый грифельный лоб на фасад вокзала, точно желая его сдвинуть с места, стояла на пьедестале, расставив ноги, отвратительно толстая лошадь. На лошади тяжело сидел, опустив поводья, большой толстый царь с бородой, как у дворника. На цоколе большими белыми буквами были написаны стишки, начинавшиеся так: «Твой сын и твой отец народом казнены».
Рабочие выбивают на пьедестале памятника строчки Демьяна Бедного
На этом рисунке царь и его конь с любопытством читают стихи на постаменте...
Дмитрий Моор (1883—1946). 1922 год. «По постановлению Петросовета на памятнике Александру III на Знаменской площади будет высечена нижеследующая надпись, принадлежащая перу Демьяна Бедного».
В 1926 году монархист Василий Шульгин (1878—1976) совершил из эмиграции тайную поездку в СССР. Он вспоминал позднее:
«В январе 1926 года, приехав из Киева, я вышел на площадь в Ленинграде, которая раньше называлась Николаевской, а теперь, кажется, площадь Восстания. Со смешанными чувствами я увидел, что памятник императору Александру III по-прежнему стоит на этой площади.
До революции на памятнике была следующая надпись:
«Строителю великого Сибирского пути».
Теперь же я прочёл на памятнике издевательскую надпись Демьяна Бедного...»
Можно себе представить эмоции монархиста, впрочем, он их не скрывал даже почти 40 лет спустя: это была «слепая ярость»!
Но и на этом мытарства памятника не кончились! В ноябре 1927-го к 10-летнему юбилею Октября царя на время и в назидание посадили в клетку!