Блестящая пианистка из Турина, которая вышла замуж за советского инженера и приехала с ним в 30-х годах в СССР, была арестована вслед за супругом. Восемь лет (по другим данным, тринадцать) Вера Августовна провела в лагерях ГУЛАГа. Известна история о том, что у неё была ножом вырезанная на нарах «клавиатура», на которой она могла беззвучно «репетировать» в свободные минуты. Её память хранила сотни произведений европейской классики.
После освобождения она оказалась в Нижнем Тагиле, где заново началась её жизнь в музыке. Женщина в старой телогрейке, с трудом говорившая по-русски пришла в музыкальную школу и попросила поиграть на пианино. Директор, увидев одежду и измученные артритом пальцы странной гостьи, всё поняла правильно. И разрешила. А затем и устроила на работу. Официально стать преподавателем «политическая» не могла, поэтому она начала как иллюстратор музыки – но слава об удивительной женщине разошлась по всему Тагилу. У неё появились частные уроки и друзья, которые заботились о ней: Вера Августовна была рассеянной и беззащитной в решении бытовых вопросов. Подросшие тагильские дети позже вспоминали, что эти уроки часто походили на концерты, потому что Вера Августовна «показывала, как надо». Преподавание, скорее всего, её тяготило. Зато её ученики на всю жизнь запомнили встречи с удивительным педагогом: женщиной с «нездешним» лицом, сильным акцентом, глубоким взглядом и бесконечной погружённостью в музыку.
Затем была работа концертмейстером в драматическом театре. Позже она была реабилитирована, недолго поработала в Свердловске, где не находили понимания её «неженский» пианизм и темпераментное исполнение Шопена. Вера Августовна стала солисткой Новосибирской филармонии. Там её услышал журналист «Комсомольской правды» Симон Соловейчик. И так её историю узнала вся страна…
До самой смерти в 1982 году пианистка Вера Лотар-Шевченко жила в Сибири, приезжая с гастролями в столичные концертные залы. Ей не раз предлагали организовать переезд во Францию, но она всегда отказывалась. По легенде, она как-то сказала представителю посольства: «Счастлива страна, где любят Баха».