Не исключено, что латвийские националисты снесли памятник Пушкину год назад, поскольку не смогли простить ему пренебрежения. Про «приют убогого чухонца» он написал, волнениям Литвы целое стихотворение «Клеветникам России» адресовал, а про лифляндцев — ничего.
Культовые фигуры латышского народа все как один выросли и воспитывались под рукою русского царя. Первый студент, написавший на своей двери «латыш», учился в Императорском Александра I Тартуском университете, куда попал по протекции генерал-губернатора Прибалтийского края Александра Суворова. По окончании курса Кришьянис Валдемарс начал работать под прямым руководством министра морских дел великого князя Константина Николаевича. При поддержке покровителя Валдемарс и заповедал соотечественникам «ходить в море», сообщив своему патрону о Лифляндии: «Эта земля самой природой создана для того, чтобы в будущем в больших объемах обеспечивать морскую торговлю России».
Современным антироссийским политикам следовало бы заклеймить Валдемарса великорусским шовинистом, демонтировать памятники и переименовать одну из главных улиц Риги. Тем более что тот радел о просвещении меньше, чем о богатстве, и в 1865 году предложил соотечественникам земли вокруг Новгорода, поскольку они не могли купить надела на родине.
Освобожденные от крепостного права на 40 лет раньше российских соотечественников, латыши поверили обещаниям, однако затея провалилась, а ее организатор был вынужден скрываться от кредиторов в Москве, которая с этого момента стала привлекать латышскую молодежь, отправлявшуюся в древнюю столицу именно «к Валдемарсу». Примечательно, что разорившегося публициста приютил у себя издатель «Московских ведомостей» Михаил Катков. В 2023 году его однофамилец и общественный деятель Борис Катков был выдворен из Латвии как «угроза национальной безопасности»...
Собиратель латышских народных песен Кришьянис Барон тоже обязан своим начальным образованием генерал-губернатору Александру Суворову, заметившему смышленого мальчика из бедной семьи во время инспекторского визита в Курляндию. Начав собирать фольклор, Барон смог посвятить этому тридцать лет жизни, работая с 1867 года домашним учителем у помещика Ивана Станкевича. По возвращении на родину со «шкафом дайн» из 150 тысяч песен усилиями латышской общественности и крупного латышского предпринимателя из Санкт-Петербурга Генриха Висендорфа он смог издать только первый том своего собрания. Все остальные пять томов с 1903-го по 1915 год были изданы Императорской академией наук. Нынешняя улица Кришьяна Барона в Риге раньше называлась улицей Суворова, потом это имя перешло к бывшей Мариинской улице, а в 1990-е годы она была стерта с карты латвийской столицы.
Автор первого стихотворного сборника на латышском языке (1856 год), изобретатель множества культурологических терминов родного языка Юрис Алунанс в пору учебы в Санкт-Петербургском Лесном и межевом институте спорил с русскими и польскими конституционалистами, считая их идеи преждевременными для России. Был, таким образом, убежденным монархистом и имперцем.
Так почему же имя Александра Сергеевича ныне вызывает такую острую реакцию? Почему вслед за памятником Пушкину и улицей его имени местные власти начали стирать имена Гоголя, Тургенева, Ломоносова, Лермонтова, а еще ранее переименовали улицы Гагарина и Терешковой? Очень странным решением стал снос памятника академику Келдышу напротив здания Императорского Рижского политехнического института. Еще большевистское правительство Петра Стучки в 1919 году основало в этом здании Высшую школу Латвии, первый латвийский университет. Александровская гимназия стала домом Консерватории. Рижская коммерческая школа приютила Академию художеств. Куда ни пойди в Риге — везде найдешь имперское наследие.
Вероятно, именно это и не дает покоя местным властям и националистам.
Осознание того, что сами за годы «независимости» так ничего и не создали, в то время как Россия подарила своим балтийским окраинам не только просвещение, культуру, литературу, науку, спорт, промышленность и транспорт, энергетику и инфраструктуру, но и шанс построить свое будущее самостоятельно.
Увы, на данный момент результаты деятельности местных властей неутешительны: треть населения потеряна, смертность вдвое превысила рождаемость, «проект века» Rail Baltica не имеет средств на продолжение, а госкасса недавно взяла в долг очередные 1,25 миллиарда евро, чтобы перекрыть дефицит бюджета.