Назвать виновных в развале Советского союза, признать встречу в Беловежской пуще государственным переворотом, а ее участников – изменниками Родины. С таким предложением выступил спикер Госсовета Крыма Владимир Константинов. Свое предложение он озвучил на Ливадийском форуме, который проходит в Ялте в рамках фестиваля «Великое русское слово», передает корреспондент «ПолитНавигатора» «За свою историю мы переживали два развала – Российской империи и Советского союза. Это слово «развал», оно очень плохое. Я вам свидетель развала Советского союза. Мне не было и 30 лет, когда был избран по «горбачевской» модели руководителем на альтернативной основе, был членом райкома партии. И когда я сегодня общаюсь со школьниками, ловлю себя на мысли, что мне неудобно перед старшеклассниками, когда говорю о развале. Какой-то ком в горле, потому что я же тогда получается виноват!? Я же соучастник, что же я не так сделал?Я был руководителем строительного управления, материалы были, зарплата была – всё был
Назвать виновных в развале Советского союза, признать встречу в Беловежской пуще государственным переворотом, а ее участников – изменниками Родины. С таким предложением выступил спикер Госсовета Крыма Владимир Константинов.
Свое предложение он озвучил на Ливадийском форуме, который проходит в Ялте в рамках фестиваля «Великое русское слово», передает корреспондент «ПолитНавигатора»
«За свою историю мы переживали два развала – Российской империи и Советского союза. Это слово «развал», оно очень плохое. Я вам свидетель развала Советского союза. Мне не было и 30 лет, когда был избран по «горбачевской» модели руководителем на альтернативной основе, был членом райкома партии. И когда я сегодня общаюсь со школьниками, ловлю себя на мысли, что мне неудобно перед старшеклассниками, когда говорю о развале. Какой-то ком в горле, потому что я же тогда получается виноват!? Я же соучастник, что же я не так сделал?Я был руководителем строительного управления, материалы были, зарплата была – всё было, всё работало, свет горел, газ был. Что же допустили-то?», – указал глава парламента Крыма.
Он обратил внимание, что в школьных учебниках распад СССР приводится как факт, без каких-либо пояснений.
«Если полистать учебник, этот момент избегается: раз и потонул корабль. Каким бортом, где он ударился, кто не так руль повернул? Это величайшая катастрофа для нашего народа, совершенно не логичная, не должны были мы умереть. Да, мы проходили через кризис, нас штормило. Но ведь самолёт не в каждой турбулентности терпит аварию. Почему это произошло? Это важно установить», – уверен Константинов.
Он напомнил, что в Крыму подняли вопрос о незаконной передаче в 1954 году в состав Украинской ССР.
«Все на словах говорят о том, что это было незаконно, тогда это надо подтвердить. Если мы были переданы законно, то как мы оказались в России, просто потому, что так захотели? Нет, было не так. Это было несправедливое, незаконное юридическое и моральное действие. Есть формат Конституционного суда, чтоб хотя бы в учебниках было правильно написано – было совершенно преступление. И руководитель должен был понести ответственность, если был бы жив. А там ответственность по Советской Конституции – расстрел по той статье. Расстреляли бы за то, что изменяет границы», – указал спикер.
Он рассказал, как общался с первым президентом Украины Леонидом Кравчуком, который вспоминал о событиях в Беловежской пуще.
«Я встречался с Кравчуком в период работы конституционной комиссии по Крыму. Она была создана при Янковиче по нашей инициативе, чтобы дать нам больше полномочий. И комиссия зашла в тупик. Организовал встречу в ресторане, был совместный обед. И Кравчук мне в самом начале сказал на украинском языке: Владимир Андреевич, сразу же тебе говорю, вы ничего не получите, если об этом ты хотел встретиться… Понятно. Но говорить-то о чём-то надо, ещё впереди целый час. И я попросил рассказать про Беловежскую пущу.А эта тема видно у него внутри сидела. Как это бывает у всех: только какую-то животрепещущую тему тронь, рассказ выливается в 40 минут. И он всё рассказал подробно, в деталях, эмоциях, как он советовался с женой, когда ему позвонили и сказали приезжать в Беловежскую пущу. Жена его предупреждала – нас посадят, не надо туда ехать. Когда он после долгих сомнений принял решение, что поедет, она ему собрала тёплые вещи с собой, потому что в Сибирь отправят. И он сам говорил: мы знали, что совершаем преступление.Он мне рассказывал, что трусился от страха, пока не увидел выпившего Ельцина в болотных сапогах и с ружьём. И тогда понял, что никто их арестовывать не будет. Знание этих вещей позволяет назвать Беловежскую пущу государственной изменой и преступниками тех, кто там заседал. И всё становится понятно, раскладывается в историческом контексте, что сначала было предательство. А потом вся логическая цепочка действий складывается, где каждый понимает, что это была в чистом виде государственная измена», – заключил Константинов.
Автор: Любовь Смирнова