В Ялте сегодня состоялись четвёртые Соловьёвские чтения, посвященные памяти вице-адмирала Владимира Соловьёва. В советские годы — разведчика, а после — руководителя Института стран СНГ. Всю жизнь он отстаивал интересы России в Причерноморье. Его последователи сейчас пытаются понять, что ждёт регион в ближайшем будущем. Из Ливадийского дворца репортаж Ростислава Колмагорова.
«Соловьёвские чтения» — это часть фестиваля «Великое русское слово», посвящённого Александру Пушкину. Как сказал его современник, поэт Аполлон Григорьев, Пушкин — «наше всё». Но что именно делает его «всем» и что из этого «всего» принадлежит нам — над этим размышляют уже два столетия.
Протоиерей Сергий Халюта, благочинный Севастопольского церковного округа, говорит: «В Александре Сергеевиче многие могут узнать себя. Свою молодость и свою зрелость. Когда мы через призму отрицания приходим к призме понимания и созидания».
Продолжая эту мысль, можно задаться вопросом: чем современная Россия не «Пушкин»? Молодые годы тоже прошли в отрицании всего, но зрелость потребовала созидания. Стабильность международных отношений — это ли не мечта? Особенно здесь, в Крыму, где цивилизации спорят о том, как жить в согласии.
Андрей Никифоров, доцент кафедры политических наук КФУ им. В. И. Вернадского, говорит: «Это с одной стороны крайняя граница этой огромной Евразии. А с другой стороны, это фрагмент такого большого Средиземноморья. Это место, где постоянно взаимодействуют разные силы. Иногда даже довольно конструктивно... Но чаще между ними идёт борьба».
Сергей Бабурин, председатель международного славянского совета, говорит: «Не менее важно понять корни сегодняшних событий! Причины, по которым русская цивилизация в конце XX века оказалась в кризисе. И только после реформы Конституции 20-го года и начала СВО появился шанс для сохранения русского мира. Это всё важно понять, чтобы намечать, что делать дальше!»
Но от кого же сохранять этот мир и кто в такой системе координат главный оппонент?
Все говорят «коллективный запад», а когда этот самый коллективный запад сформировался? Что послужило отправной точкой? Ялтинская конференция 45-го? Или же события Русской весны в 2014-м? Историки говорят, что всё началось гораздо раньше.
А вот и подсказка, ну или же случайный символизм — дворик Ливадийского дворца. Это архитектура в стиле итальянского Возрождения. Тогда же, в первой половине XV века в итальянских Флоренции, Ферраре проходил большой церковный собор. Который в 1439 году принял флорентийскую унию — договор между католиками, православными, который закреплял безусловное главенство Папы над всеми христианами. А для чего? Чтобы Византия получила помощь, военную, в своём противодействии Османской империи.
Документ оказался лишь формальностью — он в силу так и не вступил ни в Византии, ни в России. Да и Константинополю не помог — он вскоре пал, буквально через 14 лет, в мае 1453-го. А вот опять символизм — ровно через 400 лет началась Крымская война. Через полгода на сторону Оттоманской империи встанут Великобритания и Франция. Россия воевала в одиночку, а закончилось всё Парижским миром 1856-го.
Александр Мащенко, доцент кафедры журналистики и медиакоммуникаций КФУ им. В. И. Вернадского: «России и всем нам нужно быть готовыми к тому, что скорее всего, специальная военная операция завершится не безоговорочной победой, а сложным компромиссом. Так, как это было тогда. Нравится нам это или нет, но это выглядит наиболее вероятным сценарием развития событий».
Но у Крымской войны был ещё один, пусть и неочевидный итог. Слава защитников Севастополя во много раз превзошла славу тех, кто намеревался его разрушить.
Ростислав Колмагоров, Сергей Буторин, Вести Севастополь