Генералы Герасимов и Квашнин доложили в сентябре 2002 о разгроме банды Гелаева в Галашках, в Чечню ушли небольшие остатки. Что было с теми, кто их преследовал?
В Грузии банде Руслана Гелаева (~ 300 бойцов) стало некомфортно, он решил перебраться в Чечню. На пути лежало ингушское село Галашки, в котором боевики не ожидали встретить сопротивления (23 сентября 2002 г.). Но напоролись на российские воинские части. Причём случайно – несколько мародёров не напугали воспитательницу детского сада, она подняла крик, разбудила соседей, ну и пошло (воспитательницу посмертно наградили Звездой Героя).
По официальной версии
25 сентября российские части включились уже по полной программе с массовым применением авиации, артиллерии. Жители села потом рассказывали, что “дома ходили ходуном” – такая интенсивная стрельба пошла с обеих сторон. Но российских войск было больше, они ждали гелаевцев, только не знали – какое из трёх направлений те выберут. Официальные потери сторон несравнимы: если у гелаевцев убито 76 боевиков (и 5 взяты в плен), то у россиян 12 погибших. Плюс подбитые вертолёт и 2 БТР.
Оставшихся боевиков преследовали в лесах российские отряды. По словам генерала Герасимова из ~ 200 живых после боя боевиков в результате преследования осталось всего около 100. И тех (в виде мелких групп) сейчас преследуют. За операцию у Галашек отвечал генерал Квашнин.
Преследование остатков банды глазами участников
Из рассказов раненых владикавказского госпиталя:
Капитан спецназа Александр Кузнецов: с группой разведчиков (13 чел.) он имел задание преследовать в лесистых горах разрозненные мелкие формирования боевиков, во многом состоящие из арабов. Когда группа поднялась ближе к вершине горы, то обнаружила вокруг десятки боевиков (позже оказалось ~150). И хотя вокруг были пусть и нечастые деревья, но для гранатомётов это не оказалось настоящей преградой. Сильнейший автоматный огонь не давал поднять голову или выглянуть из-за дерева. Кто-то всё-таки отстреливался, но шансов не было, капитан скомандовал: “Отход!”
Покинув прикрытие в виде дерева, он тут же получил пули в бок, спину, ногу. Стрельба прекратилась, капитан подумал – все убиты, пополз в сторону базы, стараясь не выползать из кустов, которыми богаты кавказские леса. До самого утра по лесу ходили боевики, искали его и раненых. Иногда они проходили в нескольких метрах от его кустов. Только на рассвете ушли. К обеду капитан дополз до блокпоста у села.
Больше всего удивляет поведение духов – они никуда не торопились и никак не походили на преследуемых. Это больше походило на запланированное отступление, с последующими засадами на преследователей.
Сержант Денис Рыбкин: его группа тоже на трёх бронетранспортёрах преследовала боевиков днём и попала под неожиданный обстрел – казалось, местность хорошо просматривалась, откуда взялись духи? Денис получил сразу три ранения, лежал в собственной луже крови. Добивающие раненых духи пнули его ногами, но сказали, что сам сейчас сдохнет, ушли.
Пулемётчик Владимир Пластунов: они преследовали духов ближе к рассвету на трёх бэтээрах. Сам он сидел на броне первого БТР с пулемётом в руках. Неожиданный выстрел гранатомёта, тут же другой. Владимира сбросило взрывной волной на землю, уже раненого в ногу. Практически ничего не было видно. Он расстрелял всю ленту по каким-то теням в кустах, не зная – попал ли хоть в кого. Раненые не стонали, зато кричали боевики на чистом русском: “Братва, выходи, свои”. Голоса были усталые, хотелось выползти. Несколько человек поднялись, вышли из кустов, их тут же расстреляли. Утром его подобрали уже настоящие свои.
Похоже, что охотниками были боевики. Ходили устойчивые слухи, что они несколько дней так резвились. И в Чечню их прибыло не менее двухсот человек.