Рассказ об этом удивительном и малоизвестном факте из отечественной истории приведён в работе историка Геннадия Левицкого «Великое княжество Литовское»:
«В 1572 году умер король Сигизмунд-Август. Он не оставил наследников и потому стал последним правителем из литовской династии Ягеллонов. Начались поиски нового монарха. Они, как правило, были долгими, потому что поляки привыкли устраивать что-то вроде аукциона: какой претендент больше пообещает сделать для Польши, а главное, для шляхты, тот и получал трон. В числе соискателей назывались Иван Грозный и его сын. Впрочем, поляки не рассчитывали много получить от русского царя и потому едва ли рассматривали его кандидатуру. Но литовцы повели дипломатическую игру...
Переговоры разожгли аппетит Ивана Грозного. Их дальнейшее затягивание грозило неприятностями для Литвы, её земли в случае конфликта попадали под удар, а царь, подозревая, что его водят за нос, потребовал от Речи Посполитой послов для принятия окончательного решения. Поляки игнорировали нетерпение царя, и литовская Рада в начале 1573 года вынуждена была отправить к Ивану от одной себя посла Михаила Гарабурду.
Надо отдать должное Ивану Грозному, он считал нереальной перспективу своего избрания польским королём и даже обрадовался, что в переговоры вступили одни литовцы. Трудное положение Литвы вселяло в него надежду на объединение русских земель под владычеством московского царя.
Михаил Гарабурда изложил царю условия избрания в короли его или сына: прежде всего требовалась гарантия ненарушения прав и вольностей шляхетских; далее Иван должен уступить Литве четыре города – Смоленск, Полоцк, Усвят и Озерище; если же царевич Фёдор будет избран в короли, то отец должен дать ему ещё несколько городов и волостей.
Царя такие требования изрядно разозлили, но всё же он продолжил торг:
«... Ты говорил о подтверждении прав и вольностей: дело известное, что в каких землях какие обычаи есть, отменять их не годится. Ты говорил, чтоб мы возвратили Литве Смоленск и Полоцк, Усвят и Озерище. Это пустое: для чего нам уменьшать своё государство? Хорошо государства увеличивать, а не уменьшать. Для чего я вам дам сына своего, князя Феодора, к убытку для своего государства?... Корона Польская и Великое княжество Литовское – государства не голые, пробыть на них можно, а наш сын не девка, чтоб за ним ещё приданое давать».
И далее Иван Васильевич высказал своё главное пожелание:
«А если бы Великое княжество Литовское захотело нашего государствования одно, без Короны Польской, то нам ещё приятнее. Мы не Великом княжестве Литовском быть хотим: хотим держать государство Московское и Великое княжество Литовское заодно, как были прежде Польша и Литва; титул наш будет, как прежде было сказано; а которые земли литовские забраны к Короне Польской, те будем отыскивать и присоединим их к Литве, кроме одного Киева, который должен отойти к Москве».
Уже перед самым отъездом из Москвы к литовскому послу пришли окольничий Умный-Колычов, думный дворянин Плещеев, дьяки Андрей и Василий Щелкаловы и сказали от имени Ивана:
«Если Великое княжество Литовское хочет видеть его своим государем, то он на это согласен; и будьте покойны, Польши не бойтесь: господарь помирит с ними Литву».
Как утверждает сам автор работы, «если бы Москва имела достаточно сил надавить на Литву военной силой, то, возможно, объединение русских земель состоялось бы во времена Ивана Грозного. Но силы оказались растрачены на борьбу с внешними и внутренними врагами.»
Безусловно, реальность объединения хотя бы Великого княжества Литовского и Москвы, не говоря уже о королевстве Польском, во второй половине XVI века - что-то из области фантастики. Но, тем не менее, факт самих переговоров примечателен.
Подписаться на "Неизвестную историю с Михаилом Ефимовым" в Яндекс.Дзене
Подписаться на "Неизвестную историю с Михаилом Ефимовым" в YouTube
Подписаться на "Неизвестную историю с Михаилом Ефимовым" в Telegram