История с захватом СИЗО в Ростове-на-Дону – некрасивая не только из-за самого факта преступления, а по причине возможности захвата и действий властей региона. Давайте по пунктам разберём, что было не так. Ведь работа над ошибками после успешной операции по ликвидации ваххабитов, очень важна. В центре внимания будет губернатор, который сначала молча, затем удалял комментарии, а теперь пошёл в атаку.
Воскресным утром – 16 июня, шестеро сидельцев ростовского СИЗО умудрились не только взять заложников в камере, но и сбить решётку, а затем проникнуть в дежурную часть. На протяжении долгого времени у террористов была связь, и они запросто пересылали свои фото и видео в прессу. А пресса, естественно, всё это публиковала. Как говорится, ничему нас не научил ни опыт Беслана, ни трагедия на Дубровке:
"Двадцать девять лет назад (пресса, а именно НТВ) с энтузиазмом брала интервью у Басаева, Удугова и прочего ичкирийского (нецензурно). Киселёвы, парфёновы и малашенковы объясняли — это мол свобода прессы. В результате этой свободы Россия позже получила десятки терактов, включая Дубровку и Беслан, - напомнил публицист Сергей Мардан сегодня утром, добавив. - До какой же степени нужно не иметь совести и мозгов, чтобы давать площадку террористам, на 100% понимая, что именно это им и нужно?".
Но одно дело пресса, другое дело – губернатор. Лучший вариант в таких ситуация – давать информацию через официальные источники. Пусть она будет дозированной. Пусть это будет просто подтверждение факта. Но губернатор Ростовской области Василий Голубев предпочёл молчать. А все вопросы о событиях в центральном СИЗО из телеграм-канала Голубева просто удалялись. Есть даже видео этого процесса (публикуем без удовольствия). Когда все бандиты были ликвидированы, Голубев пошёл в атаку:
"Почти сразу с комментариями сюда в телеграм-канал массово стали приходить провокаторы с явными антироссийскими настроениями и попыткой раскачать межнациональную тему. Позже часть телеграмм-сообщества подхватила тему, и превратила это во флеш-моб", - орфография и пунктуация автора сохранены.
Дальше Голубев и вовсе закрыл возможность комментировать в своём телегам-канале, добавив, что это временная мера. Надеемся, что губернатору объяснят, в чём именно состоят его ошибки, как государственного управленца. А мы пойдём дальше.
Известно, что захват СИЗО готовился несколько месяцев! Заключенные содержались в отдельных камерах, но между ними была связь. Действия террористов могли координироваться извне. Таким образом, очень и очень много вопросов возникает к администрации пенетенциарного учреждения. В частности, к подполковнику внутренней службы, заместителю начальника СИЗО №1 Ростова-на-Дону Джамалу Набиеву. А ещё, наверняка, поговорить захотят с начальником оперативного управления ФСИН по Ростовской области, подполковником Александром Богма. Он, как говорят, надеялся договориться с террористами и не выносить сор из избы. В результате стал заложником и на камеру по требованию бандитов вынужден был сказать: "Люди настроены серьёзно". После этот ролик террористы использовали в пропагандистских целях.
И, кстати, непонятно, почему при всех строгих правилах СИЗО, у ваххабитов были бороды "не по уставу". При себе имелась террористическая атрибутика, в том числе, повязки и флаги.
Идём дальше. Известно, что побег террористы начали вовсе не утром, а поздней ночью – в районе 3 часов. И другие заключённые сняли на видео их действия. Теперь этот ролик тиражируют журналисты Life.ru, восстанавливая хроники:
"Выбили оконные решётки, спустились по канату с 3-го и 4-го этажей, один из них упал и сломал руку. После выхода из камер они отсиделись на территории СИЗО, а затем сгруппировались и захватили сперва младшего инспектора, 23-летнего Виктора Кончакова, а затем начальника оперативного управления Александра Богму".
Как вообще всё это стало возможным? Приходится сделать вывод, что внутри СИЗО у боевиков были пособники, также подкупленные внешними силами. Кто они? В скором времени имена должны быть названы публично, раз уж преступление умудрились сделать настолько открытым. И губернатор Голубев, очевидно, также публично и открыто теперь должен говорить о происходящем. Не позволяя "провокаторам" действовать быстрее. Верно?