7 глава
-Мама, ты меня слышишь?
Вера стояла у окна и смотрела в темноту за стеклом.
Он ушел...
Она почувствовала, как из сердца натянулась между ними плотная нить. Там внутри стало ныть.
"Почему так больно?,-думала она,- ведь раньше такого не было? Сформировалась между нами связь? Когда она успела? Наверное меня его сватовство так встревожило".
-Мама,- Никита еще раз обратился к ней.
-Да, cынок, cлушаю тебя.
-Я ужин сегодня приготовил. Вижу ты не в духе последнее время. Что-то случилось?
-Все хорошо, Никитушка,-задумалась я.
-Да уж. Как начали гости к нам кататься, так ты совсем расстроилась. Как они не понимают, что не смогут заменить отца нам,- ворчал недовольный Никита накрывая на стол.
Он был раздражен больше всех этому наплыву женихов. Ну не хочет его мама снова замуж выходить. Никто ей ее покойного мужа не заменит, а ему отца. Но люди не хотели в упор видеть этого. Все твердили, что вечно убиваться и упиваться горем нельзя, жизнь должна победить.
"А кто упивается горем? Им и так хорошо, без всяких чужих мужиков в доме,- злился подросток, -мать совсем не своя стала. Сколько можно ее терзать? Все равно она всем откажет. Не нужен нам никто".
Никите было трудно принять тот факт, что кто-то чужой будет здесь в доме распоряжаться. А еще хуже того, если заберут их с мамой к себе, в чужой дом. Это будет совсем невмоготу. Тогда он останется здесь. Или уйдет жить к дядьке Степану, cтаршему брату отца.
О сватовстве Николая Никите не сказали. Он видел его пылкие взгляды и вздохи, но не придавал значения. Мать на него не велась. Повздыхает и забудет. На него девушки со всего селения заглядываются, не будет же он свою судьбу со вдовой связывать. Потому в этом Никита был спокоен. А как справиться с другими воздыхателями не знал. Не хотел он делить маму с чужим дядей. Никто к ней так относиться не будет как его отец. Это точно.
Вера молча клевала в тарелке. Она не видела что там лежало. На вкус яйцо с сыром. Вкусно. Никита молодец. А из головы не выходила мысль, почему она стала так тонко чувствовать другого человека? Так было с Петром? Нет. Там был восторг и радость. А здесь какая-то тоска и боль. Чья это тоска? Ее?
Вера пыталась отвязаться от всех этих мыслей и чувств. Надо себя чем-то занять и все отпустит. Помыла посуду, cложила свежее белье и занялась вышивкой.
Так лучше. Так ничего не ноет и не болит.
"Что на завтра сделать нужно?,- ее мысли снова поплыли,-нет. Только не это. Завтра нужно сметану, молоко и сыр собрать, cухофрукты. На рынок с сыном отправить. В церковь сходить, почитай 4 годовщина по родителям будет. Помянуть надо."
Вера насильно вытаскивала себя из тоскливых мыслей. Никогда за ней такого не водилось. Ей не нравилось такое состояние. Все в ее жизни хорошо. Ни с кем она прощаться не собирается. А как быть с Николаем? Она еще не знает. Но одно знает точно, что прощаться с ним тоже не будет.
Утро было свежим, радостным. Настя играла во дворе с Полканом. Пес почитай больше ее будет.
"Надо хорошо кормить девчонку. Лет ей 10 уже. А не растет. Ксения высокая красавица. А эта в кого будет?,-думала Вера,- и Никита туда же. Взрослый почти, а готов с ребенком и собакой возиться".
Улыбалась про себя женщина.
Эти двое решили вместе на рынок съездить. Почему бы и нет. Так им веселее будет. Настя ей почти как дочка стала. Рано она маму свою потеряла. Наверное и не помнит совсем. Старшие, Николай и Ксения, хорошо помнят. А эта осталась сиротой 2-летним ребенком. Жалела ее больше всех Вера. А девочка росла веселой и благодарной.
Николай готовил сани. Он ловко управился с лошадьми и начал грузить приготовленный Верой товар. Повернулся к окну и застыл, cтолкнувшись с глазами женщины. Невозможно дальше двигаться стало. Стал столбом.
Вера быстро отвела взгляд и постаралась уйти подальше, в глубь комнаты.
-Что меня так тянет смотреть на него?,- ворчала про себя,- когда же все это закончится? Это стало какой-то навязчивой идеей..
Она поспешно ушла в кладовку. Там надо навести порядок и подготовить калачи для поминания. Собираться в храм пора.
А через полчаса Николай провожал наряженную Веру ревностным взглядом.
Он понимал женихов, которые табунами зачастили к ним в дом. Уберечь себя от этого не мог . И заставить женщину быть не такой яркой и красивой тоже не мог. Ему хотелось вместе с ней пойти, чтобы всем показать, что она не свободна. Но у него не было на нее прав.
Николай вздохнул и поплелся домой. Только к вечеру здесь появятся дела. Дорогой думал о своей нерадостной судьбе по привычке. А потом отругал себя.
-Нельзя такую заунывную песню петь всю жизнь. Все у меня хорошо. А будет еще лучше.