Остановилась я на том, что Яшка не пришёл ночевать.
Обычно я встречала мужа ужином и мы все вчетвером, включая добермана, шли выгуливаться. А тут его нет и нет, погуляли, подождали его на улице. Я начала волноваться и позвонила его напарнику, с кем они снимали помещение под ателье. А он сказал, что ещё днем к Яшке приходил Женька и они ушли в закат. У Женьки не было домашнего телефона, а идти к нему пешком через жд мост на ночь глядя с двухлеткой и собакой меня не устраивало. Я уже понимала, что парни забу хали.
Забыла сказать, что добера оставить надолго одного дома было нельзя, потому что он был ещё мал, вести себя не умел и громко выл. Ещё он открывал шкафы и вываливал оттуда вещи, сдёргивал с вешалки верхнюю одежду и отгрыз большой кусок от выпирающего угла в коридоре съёмной квартиры. 😩К нам наведывались жильцы даже из соседнего подъезда, жаловались на вой. Поэтому мне приходилось везде таскаться с пёселем на поводке, не было печали, завёл хозяин порося.
Не буду описывать свою злость на мужа, но явился Яшка только на следующий вечер. К тому времени я собрала наши с сыном вещи и договорилась на переезд к подружке. Явился он с похмелья, на работе не был. Сказал, что загуляли с Женькой, ходили по гостям, проснулся, мол, в какой-то общаге.... Стыдно, прости и т.д.
Я трезво оценивала свои шансы на самостоятельную жизнь. Да и тащиться на другой конец города не очень то и хотелось.
Мама была мне не помощник. Я уже писала, что мама годами не работала и в тот год она как раз уволилась в первый раз. Её трест сократили, предоставив ей рабочее место в столовой института культуры. Мама гордо отказалась, сказав, что работать с тамошней завпроизводством МарьИванной не сможет. Других вариантов предложено не было. На дворе стояли девяностые с массовой безработицей, сокращением и выплачиванием зарплаты тазиками.
Мама, проев все выплаты при увольнении, ходила по знакомым пообедать-поужинать, а мне приходилось постоянно её подпитывать деньгами. Не работала она в тот раз примерно год.
Яшку это бесило неимоверно, он не любил мою маму, и я его понимала. Зарабатывал неплохо, но не олигарх, а чисто на свою семью. Машину себе позволить, например, мы не могли. Я постоянно с мамой разговаривала о том, что не работаю, нас с сыном содержит муж, у нас съемная квартира. А ей всего 45 и надо хоть куда-нибудь устраиваться, есть же служба занятости, что-нибудь, да нужно делать, не обязан мой муж её содержать! Но все эти службы занятости для слабаков, а маму работодатели должны были пригласить сами.
Маму было не выгнать, когда она приезжала к нам в гости. Если свекровь, например, было не оторвать от внука, то мама прилипала к телевизору. У неё сломался телик, поэтому к нам она приходила с ТВ-программкой, с обведёнными карандашом интересными передачами, а внук ей обычно мешал, бегая со своими машинками по большой комнате. Сидела мама у нас с утра и до вечера в кресле у телевизора, с перерывом на завтрак и обед. Потом приходил с работы муж, мы ужинали, мама часа два-три досматривала интересную передачу, пока мы гуляли, купали сына и укладывали. Я собирала ей сумку с пропитанием, и уже потемну, злой Яшка шёл провожать её на троллейбус, который очень редко ходил. Мама наверняка ждала, что мы предложим переночевать, раз засиделась, но мы не предлагали.
Ну ладно, это я рассказала, чтобы прояснить ситуацию на тот момент. Пойти к маме жить я не рассматривала, да и разводиться с мужем не планировала. В общем, я, тряпка, в очередной раз простила мужа и к подружке не уехала.
Но крепко задумалась о своей участи, если что. Озвучила мужу своё желание выйти на работу. Сходила в администрацию Ленинского района насчет садика для сына. Я смогла договориться и вскоре место в садике нам было выделено. Сын в конце лета начал посещать отличные ясельки недалеко от дома. Было ему на тот момент 2,2 года.
В это же время свёкры нам объявили, что отец уходит из управления дороги и временно,1,5-2 года, будет работать прорабом на стройке. Железная дорога начала строительство дома, наверное последнего для выдачи бесплатных квартир, а им светило жильё на расширение, т.к. семья стояла уже в начале в очереди на "расширение" жилья.
Помню, что когда родился сын, свёкры попросили меня выписаться от мамы и прописаться к ним. Ну и сына нашего после рождения сразу прописали к себе тоже. Потому что без нас им светила на расширение трёшка, со сдачей их двушки в фонд нуждающихся очередников. А с нами они получали просто ещё одну отдельную двушку.
Отец зарабатывал нам квартиру, а я решила стать "челноком". 😅
Яшка на первый раз увязался со мной. Оставили на выходные сына свёкрам и улетели в Москву. Прилетели с детскими костюмчиками, какими-то мужскими футболками и бейсболками. Целыми днями я стояла и на "Зелёном" рынке, и на "Детском мире", но торговля шла так себе. Слетав ещё пару раз, я поняла, что наверное плохой я торгаш, да и стоять на жаре и холоде, продавая 1-2 вещи в день, так себе занятие. Потому что в рядах таких, как я, было несколько десятков человек.
Мысли о работе усыпились хорошим Яшкиным поведением и я бросила это неблагодарное занятие. Были, конечно, и поздние приходы, скандалы, пья ная агрессия в мою сторону, но как-то более-менее терпимо.
Примерно через год, не помню откуда, объявился двоюродный Яшкин брат -Ваня. Это был сын свекровиного брата, этой семьи почему-то не было на нашей свадьбе. Потом я поняла почему... Ваня имел жену Вику, которая торговала на рынке продуктами, сына-ровесника нашему, собственную однушку и пару ларьков в спальном районе. Мы пригласили их в гости, познакомились, подружились и стали время от времени навещать друг к друга.
Однажды мы были приглашены к ним в гости. По-моему, был какой-то праздник, вроде даже Ванин день рождения.
Оставили мы сына свекрам и поехали на автобусе за тридевять земель поздравлять. Вика была очень хорошая хозяйка, накрывала вкусные столы, но пили они исключительно спирт "Роял".
Приехали мы в гости, дома только Вика с трехлетним сынишкой. Говорит, что, Ваня с утра ушёл к кому-то в общагу, обещал к вашему приходу вернуться. По мере выпивания и закусывания, выяснилось, что есть у него в этой общаге любовница... "Высокие отношения!" - подумала я. А Ваня так дома и не появился. Где-то в 8 вечера мы засобирались домой. Но Вика попросила немного подождать, сейчас, мол, я сбегаю приведу Ваньку. И убежала. Мы ждали-ждали, но никто не возвращался. Я уложила ребенка спать и сказала мужу, что нам наверное тоже придется здесь ночевать, потому было уже очень поздно. Но Яшка сказал, чтобы собиралась, мы уезжаем. Я отвечаю, как мы уйдём, ребенка одного оставим? а если они до утра не вернутся?
Я уже говорила, что Яшка очень боялся расстраивать родителей. Старался выполнять свои обещания. Поэтому мы должны были приехать и забрать сына, как договаривались. Остаться здесь и отправить его одного за сыном я тоже не могла, т.к. он Яшка очень был нетрезв после "Рояла". А мне тоже было не уйти, страшно голосовать ночью на дороге в чужом районе и потом ехать через весь город одной. Телефона у них не было, идти искать по району телефон-автомат тоже боязно. Да и куда пойдёшь без ключей от квартиры...
Яшка начал звереть. Он всегда спьяну зверел, если что-то пошло не так, как ему надо, или я перечу, не подчиняюсь, делаю что-то по своему. Вспомните историю с обмыванием сессии у соседа.
Я лежала в комнате на диване, напротив спал в детской кроватке Ванькин малыш, а Яшка начал стаскивать меня с дивана: "Вставай, су ка, быстро пошла одеваться, быстро поехала домой к ребенку". И месил меня кулаками куда попало, по голове, по лицу, по рукам, по шее. Вся эта возня шла довольно тихо, я закрывалась руками и старалась не разбудить ребенка.
Не помню, когда и как вернулись Ванька с Викой и что рассказывали. Совсем вылетело из памяти.. Вроде бы Вика пришла утром одна. И совсем не помню как мы забирали сына у свёкров. Но помню, что у меня везде: на лице и теле были синяки, небольшие, но много. Не со всей дури Яшка кулачками махал..
Помню, что лежу потом дома на кровати в прострации, рассматриваю себя в зеркало и считаю синяки: под глазом, над глазом, на скуле, на плече... А в голове стучит: ЧТО ДЕЛАТЬ???
Однажды я попыталась поплакаться моей маме на Яшку, но она мне ответила, что я сама себе выбрала такого мужа. После этого все свои обиды я носила в себе. Мне было некому пожаловаться и не у кого искать защиты.
И даже в этот раз я не развелась. И снова его простила, тряпка.
Но дала себе слово давать ему сдачи. Морально, и физически...
И стала давать. Но позже.