Жил себе Василий, не тужил. И особливо ни о чем не думал. А чего думать то? Пущай там академики, профессора разные об жизни думают. Им это, видать, на роду написано. А чего простому человеку надо?
Встал с утреца. Петух кричит, заливается. Солнце светит, аж глазам больно. Вышел на крыльцо босиком. Живот заскорузлым пальцем почесал. Хорошо, прям душа радуется.
Жена уж поди битый час то со скотом, то по дому упражняется. А чего ей, бабе, еще делать? Планида у ней такая. Доля, она и есть доля.Супротив нее не попрешь.
Были они с Нюркой не расписаны. Только вот у нее были одни обязанности. А у него - права.
Это еще, считай, детишек нету. А как детишки то пойдут - тут то самое бабье дело. Знай себе живи, да радуйся. Тижало,гришь? Так Бог терпел, и нам велел.
Без Бога то ребятишки и не родятся. Другие вон хотят, сколько годов стругают - а и нет ничего. Одной стружки на пол пуда извели - так и не выстругали. А почему? Бог нас с облака знай себе наблюдает. Кому пятерых ребят пошлет, а кому и не одного. Такая значит у них планида.
Жил так Василий жил, да и не замечал, что детишек у них с Нюркой так и не появляется. Приставал к жене исправно. От него не сбежишь, не скроешься. Потому как нету такого закона, чтобы жена мужу отказывала. Эдак каждая будет в позу вставать. А бабье дело, оно какое:по хозяйству успевать, с детишками, да мужа ублажать.
Ее то, бабу, никто не спрашивает, чего она хотит.От больно умной бабы все зло. Начнет поперек мужа все делать. Думу свою думать. Так куда ж это годится? Бабий то умишко с наперсток. И хватит с нее.
Так прошел еще год. За ним второй и третий. А ребятишек как не было, так и нет. Стал Василий на жену грешить. Неплодная баба ему досталась, бракованная. В энтом деле баба завсегда виновата. Мужик, он и есть мужик. Что с ним сделается? А баба - это баба.
А Нюра, как все дела переделает(откуда только силы берутся)- из дома вон. Возвращается с охапкой полевых цветов, счастливая.. В банку трехлитровую воды нальет, и на стол поставит. Кругами вокруг стола ходит, ненарадуется. А муж как чурбан и не видит ничего. Ему лишь бы кормили досыта, да в любви не отказывали. Да знает ли он, что такое любовь то? Э - эх.
Поняла Нюра, сто жила она с ним, как слепая. А сейчас вот прозрела, и жизнь заиграла всеми красками. Будто заново родилась. Опротивел ей враз Василий. Перестала она его до себя допускать.
Ох и гадко стало, как раньше он на нее всем телом наваливался. Словно плитой бетонной придавит. Не сбежать, не скрыться. Посопит - посопит, через нее к стене перевалиться, да и спит себе. Храп такой, что аж на другом конце села слышно.
Отказала Васе раз, отказала два.. Это чтож за фокусы? Бабье дело, оно какое.. Пытался завести свою обычную песню муж. Не смела ему жена ни в чем перечить.А тут - на тебе.
Хотел Василий Нюрку даже силой взять. Потому как нет такого закона.. А она тубаретку хвать. Только, говорит, подойди, я об тебя ее и сломаю. А рука у жены тяжелая. Столько лет на огороде, да со скотом. Така рука не у каждого мужика имеется. И вот же, тубаретки ей аж не жалко. Дура баба, оно и понятно. Но пришибить может.
И даже тут невдомек было Василию, что нашлась ему замена. Что не любил он свою Нюрку. Да и она его не любила. Что жила с ним, не думая, считай, по привычке. Пока не поняла, что счастья то и нет.
,,Взъерепенилась баба, на дыбы встала - думал Василий - Может, умом тронулась? "
Стал он много об этом думу думать. Да по ночам не спать. Лежит, в потолок глаза вставит.. А там уж и рассвет за окном. Жена в соседнюю комнату ушла. Под боком теперь у Василия одна пуховая подушка. Хоть и теплая, да мягкая, так бабу же не заменит.
Встал он как то раз с утреца. Петух кричит, заливается. Солнце светит, аж глазам больно. Вышел на крыльцо, почесав заскорузлым пальцем живот. А на душе маета, неспокойно. Хоть вой.
Зашел на кухню. А там тебе не каши
в кастрюльке, куском масла заправленной. Ни чайника горячего на плите. Будто вымерла кухня без хозяйки. Кинулся он в комнаты - и там никого. На огороде и скотном дворе - нет Нюры.
,, Может, по делам куда пошла? - гнул свое Василий. Очень уж не хотелось верить в очевидное. Что жена попросту ушла от него. Собрав в простыню свои пожитки, взвалив тюк на спину.
И стала Нюра жить с трактористом Ваней. Был он добрым да ласковым. Жену свою жалел. А когда ребеночек на свет народился, тут то они и поженились.
Село у них небольшое, слухами полнится. Дошел слух и до Василия.,, Вот гулящая баба - думал он - И чего ей только надо? Ведь все ж было.За бабой глаз да глаз нужон."
Распродал Василий весь скот. Огород и палисадник превратились в непроходимый бурьян.Дом покосился снаружи, и запаршивел изнутри. А хозяин его так и жил себе бобылем, сколько ему на роду было написано. И ничего то он про энту жизнь так и не понял.