О непростом характере Фаины Раневской в театральной среде ходили легенды. Работать с ней режиссерам было сложно, но эта сложность оправдывалась конечным результатом: спектакль или фильм с участием Раневской неизменно привлекал зрителей. Поэтому ее терпели в театре, приглашали на киносъемки. Сама Фаина Георгиевна вспоминала:
«Режиссеры меня не любили, я платила им взаимностью. Исключением был Таиров, поверивший мне».
И действительно, никого из режиссеров Раневская не уважала так, как Александра Яковлевича Таирова, хотя была занята у него только в одном спектакле. Каким он был, человек, заслуживший уважение язвительной и неуживчивой Фаины Раневский.
Основатель Камерного театра
Александр Яковлевич Таиров родился в 1885 году в Полтавской губернии. Его настоящая фамилия была Корнблит. Отец его был руководителем еврейского мужского училища в Бердичеве и со своими учениками ставил спектакли. Будущий режиссер учился в Киевской гимназии и Петербургском университете. Учился на юриста, но все свободное время посвящал театру. Театр победил, и в 1904 году состоялся его дебют – он сыграл Петю Трофимова в постановке «Вишневый сад».
Решив посвятить себя театру, Александр взял себе псевдоним – Таиров. Его новая фамилия происходила от слова «таир», что по-арабски означает «орёл». В том же году он из иудаизма перешел в лютеранство – это позволяло ему получить свободу передвижения и не быть скованным чертой оседлости, запрещающей иудеям постоянное местожительство за пределами определенных для этого территорий.
В течение нескольких лет он играл в разных театрах, в том числе, в театре Веры Комиссаржевской. Вскоре он понял, что еще больше, чем актерская, его привлекает режиссерская деятельность, и в 1908 году им были поставлены два спектакля, причем, сразу серьезные – «Гамлет» и «Дядя Ваня».
В 1913 году Таиров, испытывая творческий кризис, окончил юридический факультет, уехал в Москву и поступил там в адвокатуру. Но любовь к театру вскоре перевесила – он оставил адвокатуру. В Свободном театре Марджанова он стал реализовывать себя как режиссер. Там же, в Свободном театре, он встретил актрису Алису Коонен, которая станет его второй женой, правда, невенчанной. Но театр Марджанова просуществовал недолго.
Самым важным для режиссерской карьеры Таирова стал 1914 год. После того, как Свободный театр перестал существовать, Александр Яковлевич выкупил понравившееся ему здание на Тверском бульваре, перестроил его под театр и вместе со своей супругой Алисой Коонен и группой актеров из Свободного театра основал свой, которому дал название Камерный театр.
Таиров сразу решил, что это будет театр не для всех – только для небольшой группы тонких эстетов. Поэтому и такое название. Он ставил пьесы Бертольда Брехта, Бернарда Шоу, Юджина О’Нила. Большое внимание он уделял актерскому движению, пластике. С артистами занимались преподаватели балета и фехтования, мастера акробатики и жонглирования. В театральных кругах над Таировым смеялись, говорили, что актеры Камерного театра «дрыгают ногами», а не играют. А Таиров формировал и свою труппу, и собственную аудиторию. Сам Таиров называл любимое детище «театр эмоционально-насыщенных форм», «театр неореализма».
А аудитория у театра была – каждый спектакль Таирова проходил с большим успехом. После революции Таиров не покинул Россию. На его спектакли по-прежнему приходили смотреть, с театром он гастролировал за рубежом. Сам он стал первым председателем Московского союза артистов.
Но театральное руководство страны требовало от Таирова современных пьес, и в 1931 году он взял к постановке пьесу советского драматурга Н.К. Кулиша «Патетическая соната».
Раневская в спектакле Таирова
Открывался Камерный театр спектаклем «Сакунтала» индийского драматурга Калидасы. На премьере присутствовала и молодая актриса Фаина Раневская. Она в то время служила в провинциальном театре, но, приезжая в Москву, обязательно шла в Камерный театр. Она была в восхищении от работы Таирова и даже как-то решилась написать ему – он ответил, но ничего не обещал. Но прошло немного времени, и он пригласил Раневскую участвовать в спектакле по пьесе драматурга Кулиша «Патетическая соната». Раневской было и радостно, и страшно – ведь ей предстояло предстать перед взыскательной столичной публикой.
Кратко сюжет «Патетической сонаты» таков: украинская девушка Марина героически руководит революционным подпольем. Драматизм заключается в том, что отец Марины - ярый националист. Марину любит поэт Илько, в которого влюблена женщина легкого поведения Зинка. Все живут по соседству. Роль главной героини Марины играла Алиса Коонен, Раневская играла роль Зинки.
Весной 1931 года начались репетиции, которые проходили сложно. Раневская робела перед своими московскими товарищами актерами, теряла речь в присутствии Алисы Коонен. Проблемы и страхи усилились, когда на сцене выстроили декорации – трехэтажный дом в разрезе, в котором происходило действие спектакля. Героиня Раневской жила на самом верху, в мансарде, и репетировать пришлось на большой высоте, а Раневская высоты очень боялась.
Позже она вспоминала:
«Дебют в Москве! Как это радостно и как страшно! Я боялась того, что роль мне может не удастся. В то время Камерный театр только что возвратился из триумфальной поездки по городам Европы и Латинской Америки, и я ощущала себя убогой провинциалкой среди моих новых товарищей... Репетировала плохо, не верила себе, от волнения заикалась. Мне думалось, что партнеры мои недоумевают: к чему было Таирову приглашать из провинции такую беспомощную, бесталанную актрису?»
Таиров видел растерянность молодой актрисы и старался ее подбодрить:
«Молодец! Молодец Раневская! Так!.. Хорошо! Правильно! Умница! Смотрите, как она умеет работать! Как нашла в роли то, что нужно».
Это помогло - Раневская воспрянула духом. В декабре 1931 года состоялась премьера, которая прошла с большим успехом. Фаина Георгиевна сыграть свою роль настолько достоверно, что многие поверили, будто Таиров выпустил на сцену настоящую «Изольду с трех вокзалов».
Народный артист РСФСР, режиссер и профессор Б.Г. Голубовский писал о своих впечатлениях о спектакле:
«Такую реалистическую, жесткую манеру игры на сцене Камерного театра, пожалуй, не видели ни зрители, ни актеры. Как богат контрастными красками ее образ! Загнанный взгляд, согнутая спина, ожидающая удара, кокетство через силу, сквозь зубы…
В другой сцене — чувство своего превосходства, власти над похотью алчущих самцов, презрение к ним и зависимость от них…
И вдруг — баба, простая, страдающая баба! Тоска о неосуществленном материнстве и гнев, проклятие за изломанную судьбу. Сколько горечи, боли звучит в ее голосе, когда она читает расписку в получении денег от «клиента», трусливого кадетика Жоржа, заплаченных за визит и пошедших на уплату долга за квартиру. «Ой, Боже мой, Боже! Разве не поможешь? Или, может, бесплатно помочь мне не можешь? Ужель и ты, Боже, да хочешь того же?» Актриса монолог положила на мелодию песенки «Карапетик бедный, отчего ты бледный, оттого я бледный...». И Зинка бросает Богу беспощадно: «Так приходи». Мороз по коже — неверие ни во что. После спектакля зрители говорили только о Раневской».
Советская пресса начала горячо обсуждать спектакль. Автор пьесы Кулиш стремился в пьесе разоблачить украинский национализм, но, видимо, сделал это он недостаточно остро. Поэтому на него с энтузиазмом набросились критики, обвиняя его в недостатке «классового гнева», в том, что положительные герои изображены невыразительно, в отличие от ярких отрицательных персонажей.
Несмотря на обрушившуюся на спектакль критику, рецензенты все же отмечали игру Раневской. Журнал «Советское искусство» писал:
«Удачно раскрыт авторский замысел артисткой Раневской, играющей Зинку».
Спектакль прошел 40 раз – и его запретили. Пьесу Кулиша не только запретили, но и уничтожили. Самого Кулиша в 1934 году исключили из партии и арестовали.
Раневская больше не получила ни одной роли у Таирова. Несомненно, противницей дальнейшего сотрудничества была его супруга, Алиса Коонен. Это был лучший комплимент – она увидела в Раневской соперницу по сцене.
Но Раневская не обиделась и продолжала дружить с Таировым и его супругой.
Закрытие Камерного театра
Таиров продолжал ставить спектакли, получал награды и звания – он был народным артистом, заслуженным деятелем искусств, получил орден Ленина, выезжал за рубеж. Но «своим» для советского государства он так и не стал. Сталин называл Камерный театр «буржуазным».
В 1946 году практически запретили ставить пьесы зарубежных драматургов, потом началась борьба с космополитизмом и «низкопоклонством перед Западом» - а Таиров активно ставил пьесы зарубежных авторов. Припомнили и настоящую фамилию Таирова – Корнблит. В мае 1949 года Камерный театр Таирова закрыли, его самого и Алису Коонен перевели в театр им. Вахтангова, в котором они к работе так и не приступили. 63-летний Таиров остался без любимого детища, которое он создал и которым руководил 35 лет.
Александр Яковлевич тяжело переживал то, что у него забрали театр. Положение усугублялось тем, что их с Алисой квартира находилась в том же доме, что и помещения театра – через лестничную площадку.
У него стало стремительно развиваться психическое заболевание. Он часто заходил в театр и спрашивал, когда репетиция. Гуляя по улицам, он искал на афишных тумбах афиши своего театра – давно не существующего. Он скончался 25 сентября 1950 года в психиатрической больнице от прогрессирующего рака мозга, ему было 65 лет. И ему просто незачем было больше жить. Похоронен талантливый режиссер на Новодевичьем кладбище.
Алиса Коонен пережила супруга на 25 лет. Так как они с Таировым не были расписаны (Таиров официально не развелся со своей первой женой), то актрисе пришлось через суд добиваться, чтобы она была признана его вдовой официально. Свидетельницей на суде выступила Фаина Раневская, она подтвердила, что Александр Таиров и Алиса Коонен «вели совместное хозяйство».
В августе 1950 года в здании бывшего Камерного театра по адресу Тверской бульвар, 23 был образован новый театр — Театр имени Пушкина. С 1953 по 1960 год в театре играла Фаина Раневская.
Другие статьи о талантливой актрисе Фаине Раневской.