Когда-то Жаржевский рассказал мне маленькую хитрость - как можно узнать, где, например, 60, 80 лет назад в твоем городе жили люди, а где нет, какие вообще поселки были? Секрет был в просматривании газет перед выборами - в них перечислялись соответствия адресов и избирательных участков. И не была забыт ни малейший уединенный барак на отшибе - и там избиратели, и там они прописаны.
Когда мы переехали на Тасму, удивительным открытием была бескраность лесопарка Лебяжье. На велосипеде его можно было пересечь тысячью способов, и до сих пор я открываю какие-то новые тропки, не замеченные ранее.
Естественно, сердцем лесопарка было озеро Лебяжье. И все что прямо рядом. И я вспомнил, что когда мне было 4 года, в 1990 году, меня и маму отправили в профилакторий швейной фабрики в поселок Залесный, который я в детстве запомнил как "санаторий Залесный" и удивлял всех этой формулировкой. Это было двухэтажное кирпичное здание с звенящей пустотой. Внутри был телевизор в конце коридора, и много-много детства, помню страшную грозу и еще больше рассказы про нее с преувеличением (фразу "крыша летела" я по-детски себе представил так, что крыша махала половинками как птица и летела, куда хотела). Было озеро Светлое, через которое мостик из бревнышек, что такой же до сих пор и какие-то молодые дяди и тети, что сгрудились на нем и раскачивали его, а я кричал от страха и испанского стыда за них на берегу.
Была долгая дорога лесом до озера Глубокое (сейчас ту трассировку я не нашел в лесу, видать заросло), которое я прям помню, окрестил морем и решил, что в нем должен быть кит, ибо дальний берег был далеко. Моему младшему сейчас 4 года, я легко представляю, что он так бы себе и представил )
А еще мы сдружились с одной мамой с ребенком, и я помню, что с ними вместе мы ходили кормить коз на окраину Залесного бутербродами с маслом и сахаром, еще помню дорогу, автомобильную, узкую и пустую-пустую с соснами вдоль нее (неужели это Горьковское шоссе и было вечером в 1990м? Или все же дорога в Юдино, но неужели так далеко я доходил?)
И как финальное воспоминание - мы провожаем их на станции электричики. Возможно воспоминания ложные, но платформа как будто бы сделана не сплошным блоком, а с бетонными полосками с просветами, и я боюсь попасть туда ногой или что-то уронить, мне кажется, что платформа на высоте 1 этажа. Электричка увезла непонятно куда, и я не понимаю (неужели в 4 года такое все туманное с местом-временем-назначением?), но понимаю, что мы попрощались.
И вот, по переезду в 2012 я понимаю, что это та самая платформа, и что около нее есть поселочек, которого в детстве я, кстати, не запомнил или даже не увидел - так уж меня впечатлила платформа и электричка. Не обратил внимание я и на остатки переезда - были времена, когда Горьковское шоссе все пересекало железную дорогу в этом месте на одном уровне, старый асфальт к путям еще лежит с обоих сторон. А вообще, мост, под которым шоссе сейчас, вроде как тут был не с момента постройки Казанбургской дороги. На немецкой АФС просто высокая насыпь.
На момент моего визита в 2012 тут никого нет уже лет 14-13, где-то видел ссылку на постановление расселить Казарму 787 км в 1998 году.
А до того здесь жили люди, и возможно здесь же работали, а также ездили на работу, наверное на электричке. Хотя может быть около моста жд тоже была остановка автобуса? Сейчас нет, так как не нужна, хотя поселку Глубокое озеро и этому было бы удобнее там.
Я находил в ВК тех, кто прожил там детство. Не стал спрашивать, кем работала родня, а спросил, как можно было к поездам привыкнуть. Ко всему привыкаешь, был ответ.
Представьте себе - вы живете в миллионном городе. Но отчасти. А на самом деле - в маленькой деревеньке при станции, вокруг на километры хвойный лес, правда рядом шоссе. Но выбираться на работу все равно на электричке. Комнатки маленькие, маленькие домики, сарайчики, дрова, печка. Во время выборов вашу Казарму вспомнят в газете, но до участка вам идти добрых километров 3-4 или даже 5. С другой стороны, даже интересно. Сейчас бы многие попробовали бы так пожить. Не на всегда, на попробовать.
Буквально вскоре после того, как я заснял остатки этого поселочка на свой плохонький телефон, его снесли при помощи бульдозеров. Теперь около станции просто пустырь и одичавшие плодовые растения.