Когда я впервые услышала термин "смерть автора", то подумала: "Сейчас мне наконец расскажут что-то такое, после чего я никогда больше не захочу ни читать, ни писать". Что-нибудь жуткое о том, что чем трагичнее кончина автора, тем популярнее книга - или наоборот.
Но оказалось, что француз, который ввёл термин "смерть автора" (звали этого достойного господина Ролан Барт), всего лишь со свойственной его нации патетикой дал пугающее название вполне себе безобидной концепции. Безобидной, но оттого не менее любопытной! Подробно ознакомиться с идеями Барта можно в относительно коротком эссе 1967 года из вторых уст (можно и из первых, если вам по зубам чтение на французском, но я к этой группе, увы, не отношусь). А если вас устроит пересказ простым языком с пояснениями - тогда читайте эту статью до конца)
Для начала термину нужно дать определение. Предположим, что читать лекцию на филологическом факультете мы не собираемся. Просто на улице к нам подошёл маленький мальчик и спрашивает: "А что такое смерть автора?" (очень распространённая ситуация в повседневной жизни)
Так вот, ответить ему можно примерно так:
- "Смерть автора", милый любознательный мальчик, это когда ты понимаешь книжку так, как тебе кажется правильным, а не так, как якобы задумал писатель. Запомни это и повтори учителю литературы, если он снизит оценку за твоё "неправильное мнение".
А теперь предположим, что лекцию давать всё-таки придётся. Тогда более уместным будет другое определение:
- Смерть автора - это концепция, согласно которой в любом произведении главное не то, почему автор его написал и каким образом в нём отразились его мысли и чувства, а то, каким образом его воспримет читатель. Произведение существует автономно от своего создателя и не должно связываться с его личностью.
Конечно, с любым произведением эта концепция работать не будет. Оторвать от автора автобиографичный рассказ и попытаться найти в нём мысли, которых писатель в него не заложил, будет достаточно трудно. И даже если речь идёт не об автобиографии, отвернуться от очевидного "родства" между автором и работой удаётся достаточно редко. Вспомним, например, "Войну и мир", где многие персонажи списаны с реальных знакомых Толстого, а жизненные искания героев частично имели место и в жизни Льва Николаевича.
В какой же момент начали появляться произведения, для которых актуальна концепция смерти автора?
До определённого исторического этапа роль автора росла. Когда-то фигуры автора не существовало вовсе: помните народные сказки? Дело ведь не в том, что имена авторов не сохранились - авторов как таковых и не было, и содержали сказки не личные мысли и переживания, а общественную мораль. И даже если в последующие века у какого-нибудь произведения указывался конкретный автор, отношение к нему было скорее как к писцу, который зафиксировал на бумаге абстрактную, не им самим придуманную историю.
И только в Новое время (начиная с XVI века) люди начали осознавать, насколько серьёзным даром является способность к творческому письму и как разительно различаются произведения, написанные разными людьми. Произошло это, потому что в данную эпоху человечество (здесь под человечеством имеется в виду Европа) человечество обратило отвернулось от понятия Общество к понятию Человек. Говоря более научным языком, для данной эпохи был характерен антропоцентризм во всех сферах жизни.
Неудивительно, что после этого большую популярность приобрели такие жанры, как дневниковые заметки. Чем больше своего "я" писатель вложил, тем ценнее произведение - удивительно, как можно спрятать в книгу кусочек своей личности, правда? Писатели стали вкладывать в произведения какой-то личный посыл, какую-то загадку: догадайся, сообразительный читатель, почему мой герой страдает от лени? Осуждаю я его или поддерживаю? А может, я и вовсе выражаю с его помощью свои политические взгляды? Разумеется, когда кто-то загадывает загадки, кто-то должен их разгадывать. Так появилась литературная критика.
Таким образом и работал этот литературный механизм до недавних пор: писатель закапывает в произведение свои мысли и переживания, а критик их откапывает. Работал этот механизм, пока кто-то не заявил, что всё возможное в литературе человечество (здесь уже имеется в виду не только Европа) уже написало. Писатели не отчаялись: они стали создавать произведения из того, что уже было написано, связывая в единую книгу множественные отсылки к старым литературным шедеврам. Вот тут-то фигура автора и достигла своей кризисной точки.
Кто такой автор? Уже не тот, кто создаёт что-то своё. Он лишь редактирует то литературное достояние, которое у нас уже есть - работа тоже непростая, даже посложнее прежней. Но при чём же тут теперь его личность?
Отсюда и появилась концепция смерти автора. Писатель не создаёт новое: он пишет, используя уже имеющийся язык, уже составленные в этом языке словосочетания. Мне кажется, это очень похоже на теологическую концепцию: сам человек ничего не творит, а лишь записывает мысли, посылаемые ему богом. И как только произведение закончено, автор скриптор (так его предлагает называть Барт) как бы "умирает", отпускает книгу в свободное плавание - читатели воспринимают произведение независимо от личности, чувств и взглядов творца. А значит, и понять это произведение каждый может по-своему.
Получается, что за пессимистичным термином "смерть автора" на самом деле прячется оптимистичное "рождение читателя"!
Конечно же, ни Барт, ни его последователи не планировали как-либо мешать авторам писать по-старому - вкладывая в текст свои переживания и надеясь, что читатель когда-нибудь их раскроет. "Смерть автора" предлагает новый взгляд на литературное творчество, напоминает не зацикливаться на поиске личного, авторского в тексте, который может начать собственную жизнь, как только писатель поставил в нём последнюю точку.
Я слышала, что некоторые музыканты так отзываются о собственных песнях: каждый раз они звучат по-новому даже для своих создателей. Точно так же
и литературное произведение может открыться по-новому не только читателю, но и самому автору. Может, творчество действительно в какой-то мере живое и может существовать независимо от творца?
В любом случае, спасибо Ролану Барту за эту оригинальную идею!
Автор статьи: Даша Лысенко