Когда ученики не знают или не любят какие-нибудь уроки — значит, учитель не подходящий. Не подходящий, так как не нашел той изюминки, которой можно заинтересовать ребят или он еще сам не разобрался в преподаваемой им науке. Так, наша математичка, которую прозвали Евгеша, однажды призналась, что "переехала в педагоги" из медицинского ВУЗа — он находился напротив педагогического — упала в обморок в "анатомичке" и сразу поняла, что врач не ее стезя. Откровения учительницы физики открыли истоки непонимания многими этого предмета: "Выбрала физику, потому что ее не понимала. А то была бы искусствоведом".
Слышала, что в 50-е - 60-е годы упор в преподавании географии делался на знание карт и ориентирование на местности, дети на "немой" карте могли показать различные географические объекты. Думала, что на уроках и меня научат пользоваться картой и компасом, узнаю про города и страны, моря и океаны. Оказалось, что не так все однозначно.
В четвертом классе учительница географии нас вполне устраивала: учить ничего не надо, оценки шли за контурные карты, которые мы заполняли под чтение приключенческих книг про пиратов, Робинзона Крузо, алчного продавца воздуха и т. д. Но знаний от этого не прибавлялось.
Шестой класс. Вошедшая в класс молодая, худенькая дама отчеканила:
— Я новый учитель географии, — на доске мелом вывела свое имя-отчество. — После каждой темы будем писать контрольную. Добьемся, что будете все знать назубок.
Мне так и хотелось добавить: "Мы отстали от старых русских революционных партий и должны приложить все усилия, чтобы догнать и перегнать их" (накрепко засели слова Ильича)
Класс сразу невзлюбил ее и прозвал Маятником — во время монотонного бесцветного изложения материала и на частых контрольных работах она безостановочно ходила туда-сюда с прямой спиной (словно кол проглотила) — как маятник на часах. Списать — проблематично, вызубрить сколько в какой стране населения и чего добывали — не было желания. Ходила она неизменно с длинной указкой и дотягивалась до каждого нарушителя дисциплины.
А в восьмом классе перед нами предстал высокий, как сейчас бы сказали, брутальный молодой человек в строгом костюме и галстуке.
— Я ваш новый педагог Игорь Геннадиевич. Закончил Педагогический институт имени Ленина. Может, вопросы какие есть? Не стесняйтесь, спрашивайте.
Ну, подумала я, у матросов нет вопросов. Как бы не так:
— Есть! — громко произнесла со своего места Ольга Сапрыкина, девушка с формами. Все с удивлением на нее обернулись. — Вы... женатый?
Такого вопроса никто не ожидал.
— Хотя вопрос выходит за школьные рамки, отвечу — пока нет, — девчонки обрадовано загудели.
— А что вы помните из предмета? — обратился ко всем учитель.
— Остров Погибших Кораблей! — тут же выпалил Андрюха Алехин.
— Что ж, есть такое явление. Он находится... — все с удивлением начали слушать объяснение Игоря Геннадиевича про Саргассово море, находящееся в Северо-Американской котловине, плавно закончившееся словами, что лучше бы Колумб проплыл мимо и не открыл Америки.
Нам стала, наконец, нравится география. А после того, как во время урока Игорек повел класс в лес учить определять стороны света и азимут — таким неформальным подходом покорил нас окончательно.
Но, к сожалению, хорошее часто заканчивается неожиданно.
— Так-с, с сегодняшнего дня у вас другой учитель географии, — огорошил появившийся вместо Геннадича директор.
— А прежний? В декрет ушел? — пошутили с "камчатки".
— Почти. В Армию.
Грусть-тоска охватила женские сердца нашего коллектива. Ольга расстроилась не меньше:
— Ну вот, только решила начать учиться, нарисовался, можно сказать, шанс создания новой ячейки общества — замуж за него собралась и тут вот тебе бабушка Юрьев день! — мальчишки так и прыснули со смеху.
Может, из-за огорчения или просто так совпало, но на следующий год она ушла из школы учиться на парикмахера.
Да, так и не получилось узнать про самую длинную реку, тайны самой глубокой впадины, выяснить сколько столиц в Австралии и многое другое. Говорят, что без биологии мы — никто, без химии — никак, без географии мы — нигде.
30.05.2024