Сражение за судьбу Вердигриса началось, и силам порядка придется использовать всю силу воли и пороха, чтобы разбить королевское войско и остановить распространение Проклятия Королевской Крови.
Маршал Ториан наблюдала хаос битвы. Пороховой дым и красный туман смешались в адской дымке, огромные пушки извергали свинец, целясь в дамбу, но не нанося особого ущерба, а армия упырей накинулась на построение людей. К слову сказать, какое бы колдовтсво не применил Нейтуэйт в строительстве дамбы, несмотря на силу водного потока и пушечные ядра, она стояла крепко.
Большую помощь оказывали кхайниты. Юркие ведьмы проникали между коробками рассветников, наносили стремительные удары по упырям, и ускользали обратно, под защиту людских щитов и штыков. Ториан казалось, что они выбирали момент для удара сверхъестественно точно, словно читая мысли врагов и подлавливая их на ошибках. За воинами Кретузы катились наполненные кровью котлы, а жрицы затягивали мрачные песнопения, бросая подношения в чаши. Их глаза закатывались, когда они входил в подобие религиозного транса, но вся их преданность и ярость их воинов не могли остановить поток упырей. Уродливые твари переваливались через щиты и продавливали строй, поглощая упавших рассветников, а Кровавый Страж Глимлох парил над землей и выкрикивал приказы своему войску.
Тут ему навстречу с направленные вперед посохом вылетела вторая фигура. Порожденные магией тени ударили вампира в бок, и разъярившись, он бросился на Кретузу. Вдвоем они закружились в танце смерти прямо в воздухе, и в какой-то момент вампир притянул Кретузу за волосы чтобы разорвать горло с помощью неимоверно широко раскрывшейся пасти, но провидица встряхнула крыльями и выпустила еще несколько воронов. Птицы быстро вонзили когти и клювы в глаза и горло, а отпрянувший вампир с криком полетел к земле.
Эвандер Нейтуэйт на плотине с ужасом наблюдал как его повелителя сбросили со сверкающего пегаса. Когда храбрый рыцарь упал, послышался ужасающий хруст костей, словно разнесшийся по всему миру, а язычники-пехотинцы подошли к изувеченному телу и растерзали его своими штыками и мечами.
В следующую секунду реальность ударила его подобно булаве. Все исказилось и поплыло, а через мгновение он увидел истину. Там, где стояли солдаты Летнего Короля, теперь копошились слюнявые каннибалы, а блестящая плотина из белого камня, оказалась построена на фундаменте из трупов. О боги, что за ужасы он совершил?
На краю плотины стояла телега с пальцекусом (особо мощный сорт пороха, который производится в Хаммерхоле), использовавшийся дабы пробить дорогу для реки, чтобы перенаправить водный поток в другое русло. Раздираемый изнутри виной и отвращение к себе и всему вокруг, он подошел к телеге и высек пламя с помощью карманной искрицы. Закрыв глаза, он бросил ее в телегу.
Плотину разорвало в страшном взрыве, а водный поток высвободился, чтобы пожрать все, до чего дотянется в своем природном гневе. Ториан быстро приказала офицерам уводить подразделения на возвышенность, а воины Кретузы последовали их примеру, в то время как кавалеры рассветников галопом погнали лошадей прочь.
Большую часть упырей смыло водой, и многие даже не пытались сбежать, завороженно глядя на рухнувшую плотину. Многие солдаты Вольных Гильдий тоже нашли свой конец в водном потоке, но большинство, включая кавалеров смогли уйти или взобраться на холм. Пока разгромленные остатки упырей, которые смогли выжить после взрыва, дрогнули и обратились в бегство, преследуемые жаждущими крови кхайнитками, Ториан опустилась на колени и поблагодарила Вечную Королеву и Бога-Короля за эту победу. Вердигрис будет стоять. По крайней мере, пока.