Время неумолимо бежит, и «Memento mori» — эта латинская фраза, буквально переводимая как «помни о смерти», стала символом непреложной истины. Изначально употреблявшаяся в Древнем Риме во время триумфальных шествий военачальников, она напоминала о смертности даже во время победы. За спиной триумфатора стоял раб, обязанный периодически напоминать ему о его смертной участи. Вероятно, истинное произнесение этой фразы звучало как: «Respice post te! Hominem te memento!» («Обернись! Помни, что ты — человек!») (из главы 33 «Апологетики» Тертуллиана).
В последующие века «Memento mori» стало формой приветствия, обмениваемого между французскими паулинами, также известными как Братья Смерти, членами ордена отшельников Св. Павла во Франции (1620—1633).
В искусстве США этот символ также обрел широкое распространение из-за влияния пуритан. Пуританское общество XVII века в Северной Америке относилось к искусству с недоверием, считая его отвлекающим от веры и связывающим с дьяволом. Однако портреты считались допустимыми как исторические документы. Так, Томас Смит, пуританин XVII века, изображал на своих полотнах элементы, напоминающие о неизбежной смерти, включая черепа.
Мексиканский фестиваль «День мёртвых» тоже невозможно представить без символики Memento mori, включая конфеты в форме черепов и хлебцы в виде костей. Художник Хосе Гуадалупе Посада изобразил эту тему в своих работах, где скелеты представляют людей различных социальных классов.
Еще одним проявлением Memento mori является мексиканская «Calavera» — литературная форма, в которой описывается живой человек, но с атрибутами мёртвого. Эти произведения обычно обладают сатирическим оттенком и часто читаются во время Дня мёртвых.
И, конечно, фраза стала более широко известна благодаря культовому кинофильму «Кавказская пленница», где она получила свою репризу в исполнении Никулина-Вицина: «Memento mori. Моментально — в море».