120 лет тому назад из Петербургского императорского театрального училища были выпущены: Александра Александрова, Вера Антонова (позднее по мужу Фокина), Елизавета Болдырева, Виктория Боровская-Черноруцкая, Поликсена Зейфарт, Ираида Иванова, Лидия Карпова, Евгения Лушкина, Софья Людоговская, Дионисия Потапенко.
24 апреля 1904 г. на выпускном спектакле, в котором были представлены балеты «Мнимые дриады» и «Голубая георгина», побывал К.А. Скальковский, Свои впечатления он описал в статье «Из дневника меланхолика», опубликованной в газете «Новое время» 3 мая 1904 г.
«…Я присутствовал в Мариинском театре на повторении экзаменационного спектакля Театрального училища по балетному классу и вынес очень приятное впечатление.
Экзамены, конечно, не много еще доказывают. На экзамене всегда дело идет более или менее гладко. Знаменитый математик Остроградский очень верно определил значение наших экзаменов: «Человека, как пушку, заряжают целый год наукою, на экзамене он выпаливает, и затем ничего в голове у экзаменовавшегося не остается». Танцы помещаются более в ногах, чем в голове, забыть их труднее, это своего рода гимнастика, но и тут нетрудно наблюдать, как окончившие курс талантливые ученицы от малого учения через год или два службы еле волочат ноги.
В училище лености не допускается, там упражнения идут постоянные, пляшут и утром, и вечером, и восстав ото сна, и отходя на покой, поэтому училищные спектакли и производят такое приятное впечатление. Все живо, свежо, отчетливо, а главное, молодо.
Понравились мне воспитанницы Потапенко, Людоговская, Антонова, Карпова. Первая особенно понравилась танцами, вторая — внешностью. А внешность — дело великое! Даже мрачный Ницше, как я узнал сегодня из одной провинциальной газеты, писал: «Слушайтесь голоса тела! Правдивее и чище говорит тело»… Положим, философ писал это не о балете, но где же тело играет такую роль, как не в «живой пластике»!
Задатки у г-жи Потапенко большие. Она и теперь имеет очень сильную технику, легкость и увлечение, а недостатки — некоторая резкость и оттого неграциозность по излишнему старанию — сгладятся. Артистка эта еще не поступила на сцену, а уж слышался род легкого шипения. Хороший признак: шип — лучшая похвала дебютантке, которая видимо влюблена в свое искусство.
Г-жи Потапенко и Людоговская танцевали, наверное, лучше, чем танцевала на днях старая итальянская балерина*, которую дирекция по недоразумению ангажировала будто бы «для примера», то есть, вероятно, для примера того, как танцуют в Италии посредственные балерины»
*Имеется в виду итальянская танцовщица А. Ферреро, которая дебютировала на императорской сцене 28 апреля 1904 г. в балете «Тщетная предосторожность».
Фото из архива Академии Русского балета имени А.Я. Вагановой.